Материалы

Основные выводы

 

1. В условиях пандемии коронавируса, начавшейся в марте 2020 г., Германия стала одним из главных центров уличной протестной активности в Европе. Здесь развернулось масштабное движение противников ограничительных мер, введённых из-за Covid-19.

2. Протестные выступления в ФРГ характеризуется высокой численностью и продолжительностью. По этим показателям они превосходят аналогичные уличные мероприятия в других странах Европейского союза (ЕС). Протесты начались в Германии в конце марта и продолжаются по настоящее время.

В том, что касается численности, то акция в Штутгарте, прошедшая 2 мая, собрала 5 тыс. участников. Численность протестного мероприятия в том же Штутгарте, состоявшаяся 9 мая, по разным оценкам составила от 5 до 10 тыс. человек. Акция в Берлине 1 августа собрала более 30 тыс. человек. Мероприятие против ограничений в Штутгарте 8 августа собрало 5 тыс. человек. Протестное шествие в столице ФРГ 29 августа насчитывало более 40 тыс. участников. В Мюнхене 12 сентября против ограничений из-за пандемии на улицы вышло более 10 тыс. протестующих, а в Констанце 3 октября – 12 тыс. В протестном шествии в Лейпциге 7 ноября участвовало более 20 тыс. человек. А протестная акция в Берлине 18 ноября собрала более 10 тыс. недовольных политикой властей.

3. Уличный протест в ФРГ отличается высоким уровнем внутренней организации. На волне выступлений против карантина и изоляции возникли новые партии и общественно-политические движения. Активизировался ряд уже существующий несистемных малых партий. Протест дал гражданскому обществу Германии сразу несколько харизматичных фигур, претендующих на то, чтобы стать видными общественно-политическими деятелями.

4. Антиковидные выступления характеризуются наличием у них общей идейной и концептуальной основы. Уже на ранних этапах протестные мероприятия стали проходить под едиными лозунгами и с определенным наборов требований. У конкретных шествий появились названия. На мероприятиях распространялась агитационно-пропагандистская литература. При этом сам протест постепенно политизировался, перейдя от требований, связанных с отменой карантинных ограничений, к критике курса федеральных властей.

5. Волна выступлений против ограничений содействовала политизации внесистемных общественных объединений, ранее дистанцировавшихся от политики. Из структур, находящихся вне поля германской политики и даже отрицающих её легитимность, они стали силами, играющими видную роль в текущей уличной политике.

6. Одна из особенностей немецкого протеста против ограничений из-за Covid-19 – высокий уровень персонификации. Это движение, которое строится, в том числе, вокруг ярких и известных фигур. Именно они во многом определяют настроения масс. Большинство из них - медийные лица, оказывающие влияние на свою целевую аудиторию (т.н. общественные микроинфлюенсеры). Политические же движения и группы играют на фоне лидеров протеста менее заметную роль. Как правило, именно они организуют и проводят протестные акции. Но направленность таких мероприятий и их тональность часто задаётся отдельными персоналиями.

7. Протестное движение в ФРГ отличает массовое участие тех категорий населения страны, которые ранее относились к политике индифферентно. Политизация данных групп произошла благодаря воздействию на их мнение общественных микроинфлюенсеров. Последние поставили перед своими зрителями проблему ограничений из-за коронавируса и смогли добиться у них роста интереса к политической жизни. При этом побудительным мотивом для политического участия как для медийных персонажей, так и их аудитории стало несогласие с ограничениями гражданских свобод.

8. Персонификация уличного протеста позволяет говорить о возникновении феномена микрополитической мобилизации. Речь идёт о том, что широкое политическое движение (в том числе протестное) может складываться на базе отдельных групп, мобилизованных или политизированных не в силу воздействия на них общих идейно-политических установок, а посредством целенаправленных усилий отдельных лиц, воспринимаемых этими группами как непререкаемые авторитеты.

9. Первоначально направленный против режима изоляции из-за Covid-19 уличный протест фактически создал в Германии пространство альтернативной политики. В его рамках есть своя общественно-политическая повестка и взгляд на ситуацию в стране, своя система политических коммуникаций, активно действуют новые политические партии и движения, появились свои лидеры. Все субъекты альтернативной политики критически настроены к федеральному и земельным правительствам, а также основной части «больших» партий, имеющих представительство в Бундестаге. Отношение к ним со стороны системных политических сил симметрично. Правящая коалиция в лице альянса Христианско-демократический союз (ХДС)/Христианско-социальный союз (ХСС) и Социал-демократической партии Германии (СДПГ) оценивают протест крайне негативно.

 

Введение

Период с начала марта 2020 г. и по наст. время стал для Европейского союза (ЕС) временем серьезных испытаний из-за пандемии коронавирусной инфекции Covid-19. Она негативно отразилась на общественно-политической жизни практически всех стран ЕС. На более поздние сроки переносились национальные, региональные и муниципальные выборы, партийные съезды и конференции. Отменялись плановые уличные мероприятия партий и движений – митинги, шествия и протестные акции. Ограничивалась работа законодательных и исполнительных институтов.

В то же время период пандемии коронавируса породил новые формы общественно-политической активности. Речь идёт о протестных уличных мероприятиях разного формата и числа участников, направленных против введённых в государствах ЕС ограничительных мер из-за Covid-19. Они проводились и проводятся в виде шествий, митингов, пикетов, флэш-мобов, объединенных одним мотивом – их участники категорически не согласны со всем комплексом ограничений, направленным на борьбу с пандемией. И видят в этих ограничениях посягательство своих правительств на базовые гражданские права.

Одним из центров протестной активности подобного рода стала ФРГ. Здесь на базе регулярных акций против ограничений сложилось пространство альтернативной политики. Оно располагает своей общественно-политической повесткой, альтернативной официальной повестке, своей системой политических коммуникаций, своими партиями и общественно-политическими движениями, а также своими лидерами. По отношению к федеральному и земельным правительствам, основной части «больших» партий, имеющих фракции в Бундестаге, субъекты альтернативной политики настроены критически.

Поводом для активизации уличного протеста в Германии в 2020 г. стало, как и в большинстве других стран ЕС, недовольство части населения ограничительными мерами из-за пандемии коронавируса. Они были введены федеральным правительством весной, частично восстановлены осенью и повторно введены зимой. Основная масса критиков этих мер, получивших название коронаскептиков, полагает, что ограничения несоразмерны с поводом для их введения. Из-за не самой опасной для здоровья человека болезни в стране были отменены или серьезно ограничены базовые права и свободы граждан.

Первоначально действия протестующих были направлены на то, чтобы добиться восстановления этих прав в полном объеме, невзирая на масштабы и ход самой пандемии. В последующем важным моментом в позиции коронаскептиков стала критика всего внутриполитического курса правительства Ангелы Меркель.

 

1. Эволюция форматов уличной политической активности и этапы развития протестного движения

Уличным форматом, непосредственно предшествующим текущим выступлениям против карантина, стали «Пикеты за мир» (Mahnwachen für den Frieden) или «Пикеты по понедельникам». Первый пикет подобного рода состоялся в Берлине в марте 2014 г. и был организован общественным активистом Ларсом Мэргольцем. В последующем в число организаторов пикетов входила группа общественных деятелей и журналистов (включая Юргена Эльзессера и Кена Йебсена). На рубеже 2014-2015 гг. «Пикеты за мир» трансформировались в серию акций «Мирная зима».

«Пикеты за мир» - регулярные уличные акции, проводившиеся в виде шествий и митингов. Образцом для них стали демонстрации гражданского протеста, проходившие в ГДР по понедельникам в 1989-1990 гг. – т.н. «понедельничные демонстрации» (Montagsdemonstrationen). «Пикеты за мир» ставили своей целью снижение уровня международной напряженности в Европе. Основным мотивом к их проведению явился кризис на Украине, разразившийся весной 2014 г. Участники акций выступали за нормализацию отношений между ЕС и Россией, возлагаю вину за гражданскую войну на Украине на страны Запада и, прежде всего, США.

Движение против ограничительных мер из-за пандемии позаимствовало у «Пикетов по понедельникам» регулярность и основные форматы. Текущие акции протеста, как правило, проходят несколько раз в месяц, в основном по субботам и воскресеньям. В организационном плане это, чаще всего, уличные шествия, демонстрации и митинги.

 

В своём развитии протест против ограничений прошёл четыре основных этапа.

Первый этап. Первый этап начался в апреле и продолжался до начала июля. В этот период протестная активность представляла собой разрозненные и сравнительно небольшие по численности мероприятия. Лишь изредка они достигали тысячи участников. Средняя же численность акций составляла порядка 500 человек. Мероприятия проводились отдельными общественными активистами, а также организациями, как правило, не взаимодействовавшими друг с другом.

В региональном отношении уличный протест против ограничений из-за Covid-19 зародился в Берлине, был поддержан в Штутгарте, после чего распространился по всей стране. Единого центра координации усилий у протестующих на этом этапе не было.

Первые акции протеста против введения режима изоляции прошли в столице ФРГ 28 марта, 4, 11, 18 и 25 апреля. Самая крупная из них состоялась 25 апреля у Берлинского народного театра Фольксбюне (Volksbühne). Она собрала больше 1 тыс. участников. Организатором большинства берлинских акций выступил «Коммуникационный центр Демократическое Сопротивление» (Kommunikationsstelle Demokratischer Widerstand - KDW), основанный в марте Ансельмом Ленцем, Хендриком Зоденкампом и др.

За Берлином последовал Штутгарт (столица земли Баден-Вюртемберг). 25 апреля движение Querdenken 711 («Нестандартное мышление») провело здесь первую акцию протеста против ограничений гражданских свобод. Участвовало в ней порядка 500 человек. Первоначально это мероприятие было запрещено. Его проведение состоялось лишь после отмены запрета Федеральным Конституционным судом Германии. С этого момента Штутгарт стал вторым, после Берлина, центром протестного движения в стране.

В течение мая акции протеста прошли уже во многих городах ФРГ. Но их формат существенно не менялся. Речь шла о разобщенных мероприятиях, проводившихся независимыми друг от друга объединениями. При этом численность отдельных акций возросла, составив в среднем порядка 2-5 тыс. человек. Так, в Штутгарте 2 мая акция против ограничений собрала 5 тыс. человек. 9 мая протестные мероприятия состоялись в Штутгарте, Мюнхене, Нюрнберге и др. В Штутгарте их численность по разным оценкам составила от 5 до 10 тыс. человек, в Мюнхене – около 3 тыс. человек, в Нюрнберге – порядка 2 тыс. человек. Следующий раунд протестной активности пришелся на 16 мая. В Штутгарте против ковид-ограничений на улицы вышло более 5 тыс. человек. В Мюнхене состоялось сразу девять протестных мероприятий. Их общая численность составила 3,5 тыс. человек. В Берлине в тот же день было около 20 демонстраций при общей численности 1,5 – 2 тыс. человек. 23 мая в столице состоялось 30 протестных демонстраций, охвативших центр города. Их суммарная численность превысила 5 тыс. человек.

Не последнюю роль в сегментации протестных мероприятий играли требования местных властей. Они разрешали акции только с небольшой численностью из-за эпидемиологической ситуации. Например, в германской столице по этой причине за каждым мероприятием закрепляли специальную площадку, стараясь ограничивать численность каждой отдельной акции 50 участниками. Но практически всегда число участников каждой таких мероприятий превышало сто человек.

Сегментированность протестных мероприятий на первом этапе негативно отражалась на их политическом эффекте. Например, 23 мая коронаскептики заполнили практически весь центр Берлина. Но при этом ни одна из акций не оказалась по-настоящему резонансной и большой по численности.

В мае начинают фиксироваться и спонтанные акции, несогласованные с властями. В частности, 23 мая несанкционированное мероприятие прошло у посольства РФ в Берлине. Участвовало в ней несколько сотен демонстрантов.

Уже на первой стадии развития уличного протеста предпринимались попытки придать ему единую идейную и концептуальную основу. Так, акции в Берлине, организованные KDW, носили название «Гигиенические демонстрации» (Hygienedemos). Протестное шествие в Нюрнберге, прошедшее 9 мая, называлось «Сбор во имя демократии» (Lesen für Demokratie). Тогда же протест обрел свои первые лозунги и слоганы. Например, в Берлине в их числе были: «Я хочу вернуть свою жизнь назад», «В защиту конституционных прав» и др. В последующем на акциях в регионах популярность приобрели слоганы «Сопротивление» (Widerstand) и «Свобода» (Freiheit). Появилась и первая агитационная литература. Активисты KDW раздавили участникам акций свою газету «Демократическое сопротивление» (Demokratischer Widerstand) с критикой изоляционных мер и скептической оценкой угрозы коронавируса.

Второй этап. Второй этап протеста продолжался с июля по август. В условиях ослабления ограничений из-за Covid-19, появилась возможность для проведения более масштабных акций. Теперь они представляли собой уличные шествия и митинги, объединяющие членов и сторонников разных общественно-политических организаций. Существенно возросла и их численность. На протяжении августа в протестных акциях участвовало от 10 до 40 тысяч человек.

Кроме того, на данном этапе было достигнуто объединение основных инициативных групп и движений, организовывавших шествия и митинги. У мероприятий появились общие координаторы. Таковым, в частности, стало движение Querdenken 711. Устоялся и формат подобных мероприятий. Они начинались с шествия в центральной части города. За ним следовал согласованный с властями митинг. А в завершении протестной повестки, как правило, следовал несанкционированный марш.

Также на втором этапе протест характеризовался территориальной концентрацией. Он сосредоточился преимущественно в Берлине. В германскую столицу свои усилия перенесли Querdenken и другие региональные объединения. Это позитивно отразилось на численности протестных мероприятий и заметно повысило их общественный резонанс. Протестное движение стало узнаваемым общественно-политическим явлением как в Германии, так и за рубежом.

Среди ключевых уличных выступлений этого периода следует отметить серию мероприятий в Берлине. 1 августа здесь в объединенной акции против ограничительных мер приняло участие более 30 тыс. человек. При этом мероприятие завершилось досрочно: полиция прекратила его под предлогом несоблюдения участниками социальной дистанции. Акция в Берлине, прошедшая 29 августа, стала самой крупной по своей численности и наиболее резонансной. Участие в ней приняло более 40 тыс. человек, съехавшихся со всей страны. Мероприятие проходило в форме демонстрации, растянувшейся на три километра в центре города. Его завершил митинг, состоявшийся у Колонны Победы.

На втором этапе протестные мероприятия проходили и в регионах. При этом их численность заметно уступала столичной, хотя и была выше весенней. Так, протестное мероприятие в Штутгарте, прошедшее 8 августа, собрало 5 тыс. участников. Его организатором выступило движение Querdenken.

На втором этапе легальные протестные акции всё чаще дополнялись несанкционированной составляющей. Так, 29 августа в Берлине к основному мероприятию примыкали ещё две несогласованные акции. Одна из них в виде шествия прошла по главной улице Берлина, Унтер-ден-Линден. Вторая, в форме митинга, состоялась у посольства РФ. Причем этот митинг завершился столкновениями с полицией. А участники разрешенного митинга у Колонны Победы и несанкционированного шествия на Унтер-ден-Линден позже объединились и двинулись к Рейхстагу. Здесь они прорвали оцепление и поднялись на портик и лестницу здания парламента, где были остановлены полицией.

Второй раунд протестов ознаменовался дальнейшим формулированием его общей идейной линии. Мероприятия стали проходить под едиными лозунгами и требованиями. Например, главным лозунгом акции в Берлине 1 августа являлся «День свободы - конец пандемии». А основным требованием берлинского митинга 29 августа стала «немедленная отмена ограничений из-за коронавируса». В числе лозунгов, использовавшихся протестующими на втором этапе можно отметить «Корона - ложная тревога», «Мы - вторая волна», «С маской - без меня», «Мы видим вас насквозь» и др. Также для данного периода характерно появление первых политических лозунгов. В их числе «Меркель в отставку!».

Третий этап. Третий этап гражданского протеста пришелся на сентябрь и октябрь. Он характеризовался регионализацией и территориальной экспансией протеста. Акции в Берлине продолжились, но основные протестные мероприятия из германской столицы переместилась в города федеральных земель. Их коалиционная основа при этом сохранилась - в протесте участвовали все основные группы и движения, несогласные с ограничительной политикой властей. В то же время в отдельных случаях протест вернулся к разобщенному формату.

Для третьего этапа характерно снижение численность протестных акций. Теперь в наиболее крупных из них в среднем участвовало порядка 10 тыс. человек. Это было продиктовано, прежде всего, уходом альтернативной политики из Берлина. Собрать всех активистов в столице оказалось заметно проще, чем в региональных центрах. Плюс, вместо одной акции в течение выходных могло пройти больше пяти в разных городах.

В числе протестных мероприятий данного периода можно выделить серию демонстраций, прошедших 12 сентября в Мюнхене, Ганновере, Висбадене и др. Наиболее крупная из них, состоявшаяся в столице Баварии, собрала около 10 тыс. человек - в 20 раз больше, чем ожидалось. В Ганновере в акции участвовало 1,5 тыс. человек, а в Висбадене чуть меньше сотни. Двухдневные выступления в Констанце (земля Баден-Вюртемберг) и на Боденском озере прошли 3 и 4 октября. Их организовало движение Querdenken. В Констанце собралось 12 тыс. протестующих при населении города в 84 тыс. А в акции на прилегающем Боденском озере участвовало порядка 2 тыс. человек.

Проводились протестные мероприятия и в Берлине. При этом из-за ограничений властей они утратили объединенный характер. Так, 25 октября в столице прошло сразу три акции. В самой крупной из них, на площади Александерплатц, участвовало порядка 5 тыс.

Для третьей фазы уличного протеста стали характерны форматы гражданского сопротивления, имевшие место в ГДР и восточноевропейских странах в конце 1980 гг. Так, участники акции на Боденском озере предприняли попытку выстроить живую цепь на его немецком берегу. Своим названием она прямо отсылала к объединению Германии в 1990 г. - «мирная цепь в честь 30-летия германского единства». Живые цепи – форма политического протеста, получившая распространение в странах Восточной Европы и прибалтийских республиках СССР на рубеже 1980-1990 гг. А 25 октября коронаскептики в германской столице провели сидячую акцию протеста на площади Александерплатц. Подобные сидячие митинги также имели место в конце 1980-х гг.

Отсылает к гражданскому протесту в ГДР конца 1980-х гг. и лозунг Wir sind das Volk! («Мы – народ!» или «Народ – это мы!»), регулярно скандируемый участниками уличных акций с конца лета. «Мы – народ!» - главный девиз народного движения ГДР, выступавшего против правящего социалистического режима и за объединение Германии в единое государство.

Также третий этап протеста был отмечен расширением номенклатуры лозунгов и слоганов коронаскептиков. Среди них можно отметить такие как «Корона - это грабительский налёт», «Остановите пандемию лжи!», «Против обязательной вакцинации, намордников, государственного насилия и лживой прессы и изменников родины» и др.

Четвёртый этап. Ноябрь дал старт четвёртой фазе в развитии протестного движения. Произошла его очередная трансформация. Он вновь вернулся в Берлин, сохранив при этом и свою региональную составляющую. Причем на земельном уровне организаторы сделали ставку не на распыление своих сил по разным городам, а на концентрации в одном или двух наиболее крупных. Такая тактика не замедлила позитивно отразиться на численности мероприятий. Она возросла до 10-20 тыс. человек.

В число основных протестных мероприятий периода входит акция в Лейпциге (Саксония) 7 ноября. Участие в ней приняло более 20 тыс. человек, вместо разрешённых 16 тыс. Организатором акции выступило движение Querdenken. 14 ноября последовала целая серия протестных мероприятий. Они прошли во Франкфурте-на-Майне (Гессен), Карлсруэ (Баден-Вюртемберг), Регенсбурге и Айхахе (оба - Бавария). Самая крупная из них, во Франкфурте-на-Майне, собрала 2 тыс. участников.

Следующей значимой вехой для протеста стала акция в Берлине 18 ноября. В отличие от предыдущих, проводившихся без четкой привязки к инициативам федеральных властей, она была приурочена к рассмотрению и принятию Бундестагом поправок к Закону об эпидемиологической защите. Поэтому выступление состоялось не в выходные, что стало привычным, а в будни. Основная акция протеста собрала более 10 тыс. человек. При этом несколько коронаскептиков смогли попасть в здание Бундестага.

За этим последовала серия региональных мероприятий. Их отличала небольшая численность, в районе 1 тыс. человек. 21 ноября акции протеста состоялись в Лейпциге, Ганновере, Бохуме и Рамштайне. В Лейпциге мероприятие под названием «Жизнь после короны» (Das Leben nach Corona) было отменено властями. Но в несанкционированном шествии по городу приняло участие более 1 тыс. человек. В тот же день в Ганновере в акции против ограничений участвовало около 1 тыс. ковид-диссидентов. 5 и 6 декабря протестные мероприятия прошли в Дюссельдорфе, Бремене, Мангейме и Шверине. Все они были организованы Querdenken. В Дюссельдорфе на улицы вышло около 1 тыс. критиков карантинных ограничений. В Бремене из-за противодействия властей провести единое шествие (численностью в 30 тыс.) не удалось. Вместо этого коронаскептики были вынуждены ограничиться несанкционированными акциями. В них участвовало порядка 5 тыс. человек. 12 декабря антиковидные акции прошли в Франкфурте-на-Майне и Дрездене. В обоих случаях они носили несанкционированный характер из-за запретов властей. Во Франкфурте-на-Майне число протестующих составило порядка 1 тыс. человек.

Отличительная черта четвёртого этапа - возросший уровень конфронтации сторон. Так, демонстрация в Лейпциге 7 ноября уже с самого начала сопровождалась стычками протестующих и полиции. А её окончание завершилось полноценными столкновениями активистов с органами правопорядка. В ходе шествия во Франкфурте-на-Майне 14 ноября полиция регулярно применяла силу против коронаскептиков. А итоговый митинг несогласных с ограничениями на площади Ратенау был и вовсе разогнан. В Берлине 18 ноября против участников протестной акции силы полиции (в первые за долгое время) применили водомёты и слезоточивый газ. Ответом стало использование протестующими подручных средств. А проникшие в здание Рейхстага активисты подвергли оскорблениям ряд политиков и депутатов. В их числе министра экономики Петера Альтмайера (ХДС), сопредседателя фракции «Зелёные» Антона Хофрейтера, бывшего председателя СДПГ Мартина Шульца и др.

Четвёртый раунд протеста характеризовался укреплением позиций движения Querdenken. Оно де-факто закрепило за собой статус основного организатора протестных акций. Активисты Querdenken подавали заявки на проведение и координировали все значимые мероприятия в Берлине и других городах.

Лозунги и слоганы протеста на четвёртом этапе приобрели большую политическую направленность. Так, главными слоганами акции в Лейпциге 7 ноября стали «Мир, свобода, нет диктатуре!» и «Меркель должна уйти!», который впервые прозвучал летом. А протестные акции в Берлине 18 ноября прошли под лозунгами «Мы – народ!» и «Свобода!» (Freiheit).

Более того, сам протест в этот период заметно политизировался. Появилась практика проведения мероприятий в дни принятия правительственных инициатив. Всё большее внимание к протесту стала уделять партия «Альтернатива для Германии» (АдГ). Возросло участие в антиковидных выступлениях малых партий и общественно-политических объединений, преимущественно правого толка.

 

2. Лидеры протестного движения

Отличительная особенность альтернативной политики ФРГ – высокий уровень персонификации. Движение против ограничительных мер строится, прежде всего, вокруг ярких и харизматичных фигур. Именно они оказывают наибольшее влияние на настроения протестных масс. Большинство из них - медийные лица, формирующие мнение своей целевой аудитории (т.н. общественные микроинфлюенсеры). На этом фоне политические движения и партии играют менее заметную роль. Как правило, именно они организуют и проводят протестные акции. Но направленность таких мероприятий и их тональность часто задают отдельные персоналии, далеко не всегда связанные с конкретными организациями.

Для лидеров уличного протеста в Германии характерен ряд общих черт. Все они до начала акций против ограничений либо не имели отношения к политике, либо писали об общественно-политической проблематике в качестве журналистов. Их выход на политическую арену состоялся именно в ходе текущего протеста и тесно связан с его повесткой. В частности, большинство лидеров протестного движения воспринимают коронавирус и введенные в связи с ним ограничения как часть теории заговора.

Кроме того, практически все первые лица антиковидных выступлений – медийные персоны, хорошо известные германской аудитории. Они добились высокого уровня узнаваемости благодаря освещению в СМИ своей деятельности в предшествующие годы. Накопленный до 2020 г. медиа-капитал эти фигуры стараются конвертировать в политическую активность, апеллируя, прежде всего, к своей целевой аудитории. Это ведёт к тому, что в политику вовлекаются те социальные категории, которые раньше относились к ней индифферентно, либо интересовались весьма поверхностно.

Роль микроинфлюенсеров в протесте коронаскептиков позволяет говорить о возникновении феномена микрополитической мобилизации. Речь идёт о том, что широкое политическое движение (в том числе протестное) �