Материалы

13 мая, 2022

Правый фланг на президентских выборах во Франции. К новой конфигурации политического поля Пятой республики

Основные выводы исследования

Президентские выборы во Франции 2022 г. прошли в условиях противостояния между действующим президентом страны Эммануэлем Макроном и лидером партии «Национальное объединение» (Rassemblement national - RN) Марин Ле Пен. Победу по его итогам одержал Э. Макрон, переизбравшийся на второй срок. Однако ход гонки и её итоги во многом зафиксировали усиление на французской политической сцене правого фланга. Сразу три политика, представляющих правое крыло и правый центр вошли в пятёрку сильнейших по итогам первого раунда голосования. Кроме М. Ле Пен ими стали политический дебютант, писатель и полемист Эрик Земмур, а также кандидат от неоголлистской партии «Республиканцы» (Les Républicains - LR) Валери Пекресс. Суммарно кандидаты от правого лагеря набрали по итогам первого раунда 35%. За Э. Макрона в этом же туре проголосовало 27,85%.
 
Основные выводы анализа президентской кампании 2021-22 гг. во Франции в целом и участия в ней ведущих политиков правого лагеря сводятся к следующему.
 
1. Президентские выборы показали, что в республике последовательно складывается электоральный запрос на сильного политика правого толка. Всё больше избирателей воспринимает его как фигуру, способную решить комплекс стоящих перед страной социально-экономических проблем. И такого политика готовы поддержать больше 40% населения. По итогам второго тура текущих выборов М. Ле Пен, набрала 41,45% голосов. Это рекордный результат для правых в современной истории. А суммарный уровень поддержки двух представителей правого крыла, М. Ле Пен и Э. Земмура в первом туре составил 30,22%. Это яркий показатель резко возросшего доверия к ним со стороны французских избирателей.
 
2. Приход правого политика к власти во Франции - дело времени. Уже на следующих президентских выборах, намеченных на 2027 г., правым вполне по силам одержать победу. Мажоритарная система абсолютного большинства, применяемая на парламентских выборах, далеко не всегда позволяет правым конвертировать уровень своей поддержки в депутатские мандаты. Поэтому намеченные на июнь 2022 г. выборы в Национальную ассамблею вряд ли ознаменуются триумфом «Национального объединения» и партии Э. Земмура «Реконкиста» (Reconquête). Но в будущей президентской гонке М. Ле Пен и Э. Земмур, в случае своего в них участия, будут одними из фаворитов.
 
3. Прошедшая президентская кампания продемонстрировала, что по своему субъектному потенциалу правые игроки превосходят политиков других флангов. У центра и левого центра есть только действующий президент Э. Макрон. Слева некогда влиятельная Социалистическая партия Франции (Parti socialiste - PS) в настоящее время сильными лидерами не располагает. На крайне левом фланге доминирует Жан-Люк Меланшон. Остальные левые игроки значительно слабее. Правый центр в персональном плане безлик - результат кандидата от неоголлистов В. Пекресс об этом наглядно свидетельствует. Только у правых есть сразу два видных игрока – М. Ле Пен и Э. Земмур. В совокупности они пользуются поддержкой более 30% избирателей, о чём говорит первый раунд прошедшего голосования.
При этом каждый из политиков правого крыла имеет все возможности для того, чтобы серьезно укрепить свой потенциал перед следующим электоральным циклом. Об этом, в частности, свидетельствует повышение уровня поддержки М. Ле Пен во втором туре. По сравнению с выборами 2017 г. он вырос на 7,55%.
 
4. Во французском обществе наметилась растущая заинтересованность в новых политических лицах. Близкие друг к другу как по взглядам, так и по внешней стилистике политики правого и левого центров, доминировавшие на авансцене с 1990-х гг., былого интереса не вызывают. Общество всё больше предрасположено к ярким деятелям, не обязательно имеющим большой политический опыт, но зато способным отстаивать свою позицию посредством ораторского искусства и бравирующим определенной радикальностью своих взглядов. Появление в кампании 2021-22 гг. Э. Земмура стало первым ответом на этот запрос.
 
5. Политическая сцена Франции подвержена растущей радикализации. Эту тенденцию в 2018-2019 гг. заложило протестное движение «жёлтых жилетов» (Mouvement des Gilets jaunes). А прошедшие президентские выборы лишь закрепили. Всё большей поддержкой в обществе пользуются крайне правые и крайне левые политики и продвигаемые ими идеи. По итогам первого тура голосования в топ-5 вошли представляющий крайне левый фланг Ж.-Л. Меланшон и близкий к ультраправому крылу Э. Земмур. За первого проголосовали рекордные для крайне левого 21,95% избирателей, а за второго - 7,07%. Если раньше электорат воспринимал подобных политиков как радикалов и весьма неохотно выказывал им поддержку, то теперь они пользуются популярностью. Избиратели видят в них действенную альтернативу Э. Макрону и другим умеренным политикам старого типа.
 
6. По итогам президентских выборов 2022 г. сложилась новая конфигурация политического поля Пятой Республики. На нём утвердились три основных центра силы. Первый из них представлен центристами и левыми центристами в лице партий «Вперёд, Республика!» (La République en marche - LREM) и Демократическое движение (Mouvement démocrate - MoDem). Его главным лицом выступает президент Э. Макрон. Второй центр составляют правые и ультраправые. На партийном уровне они представлены «Национальным объединением» и «Реконкистой». Лидеры этого центра – М. Ле Пен и Э. Земмур. Третий центр представлен левыми и крайне левыми. Их основная партия – «Непокорённая Франция» (La France insoumise - LFI), а ведущее лицо – глава этой партии Ж.-Л. Меланшон.
 
7. На этом фоне произошёл окончательный демонтаж политической конструкции, существовавшей со времен учреждения Пятой республики Шарлем Де Голлем. Утратили свою прежнюю силу два традиционных для страны политических фланга – правый центр в лице неоголлистских партий и левый центр, представленный Социалистической партией. Именно они с 1958 г. составляли доминировавшую биполярную конструкцию, конкурируя друг с другом за власть и попеременно контролируя Елисейский дворец. В 2022 г. слом их прежнего влияния зафиксировали результаты выдвиженцев от неоголлистов и социалистов в первом туре выборов. Кандидат от неоголлистской партии «Республиканцы» В. Пекресс набрала 4,78% голосов, что обеспечило ей пятое место. Номинант от социалистов Анн Идальго и вовсе оказалась десятой с 1,75%.
 
8. В условиях ослабления неоголлистов на французской политической сцене сложилось пространство для ещё одного правого/правоцентристского политика. От волеизъявления в первом туре воздержались 26,31% избирателей, а во втором - 28,01%. При этом число голосовавших против всех (голосование пустым конвертом - vote blanc) составило во втором раунде 6,37%. На этом фоне оценочный рейтинг таких близких к правому флангу фигур как бывший начальник Главного штаба ВС Франции, генерал армии Пьер де Вилье составляет порядка 20% голосов. В случае дебюта на политической арене деятелю, сопоставимому по своему статусу с П. де Вилье, вполне по силам аккумулировать поддержку 20-25% избирателей. И значительная их часть будет из числа сторонников неоголлистов, не поддержавших на выборах 2022 г. ни М. Ле Пен, ни Э. Макрона.
 
9. Слагаемые успеха М. Ле Пен, обеспечившие ей итоговое второе место, - ставка на регулярные турне по регионам Франции как главную форму прямого общения с избирателями; протяженная по времени предвыборная кампания, стартовавшая задолго до официального начала гонки; ораторское мастерство и уверенное общение с массами; высокий уровень медийности (среди французских политиков М. Ле Пен входит в число лидеров по представленности в информационном поле страны); смягчение политической риторики с учётом запросов центристского электората; широкая по своему целевому охвату предвыборная программа, ориентированная на различные категории избирателей.
 
10. Основные факторы, обеспечившие Э. Земмуру удачный дебют и попадание по итогам выборов в пятёрку сильнейших политиков страны – высокие показатели медийности (как и М. Ле Пен, он один из лидеров по представленности в СМИ); ораторские способности (Э. Земмур заслужил славу полемиста ещё до старта политической карьеры); ставка на поездки по регионам, которые политик начал задолго до официального вступления в гонку, и живой диалог с избирателями; жесткая политическая риторика, обеспечившая консолидацию вокруг его фигуры правого электората.
 
Глава I. Электоральная конкуренция в формате «большого дуэта» - общая конфигурация избирательной кампании 2021-22 гг.
 
1.1. «Большой дуэт» как особый конструкт в политической жизни Франции.
 
Основная борьба на президентских выборах во Франции, прошедших в апреле 2022 г. (первый тур состоялся 10 апреля, а второй прошёл 24 апреля 2022 г.) , развернулась между двумя политиками – действующим президентом Пятой республики Эммануэлем Макроном и лидером партии «Национальное объединение» (Rassemblement national - RN) Марин Ле Пен. Центральное значение конкуренции данных игроков для французской политической сцены зафиксировали результаты первого и второго тура голосования. По итогам первого раунда Э. Макрон набрал 27,85%. За М. Ле Пен проголосовало 23,15%. Во втором туре действующий глава государства набрал 58,55% голосов, а лидер RN - 41,45%.
 
Сценарий избирательной кампании 2021-2022 гг. по своему содержанию оказался во многом сопоставим с предыдущими выборами главы государства, прошедшими в 2017 г. Тогда главными оппонентами в борьбе за кресло в Елисейском дворце также выступали Э. Макрон и М. Ле Пен. Сохранение за данными игроками статуса ведущих участников гонки в новом электоральном цикле, позволяет говорить он них как о «большом дуэте» - особом политическом конструкте, включающем двух политиков, доминирующих на политическом пространстве Франции.
 
По итогам выборов 2022 г. Э. Макрон и, прежде всего, М. Ле Пен укрепили свои политические позиции по сравнению с голосованием 2017 г. Уровень поддержки избирателями по итогам первого тура вырос у обоих политиков. В 2017 г. по результатам первого тура за главу Елисейского дворца проголосовало 24,01%, а за лидера RN – 21,30% граждан Франции. А по результатам второго раунда прирост электоральной поддержки зафиксирован только у М. Ле Пен. В 2017 г. на втором этапе выборов её поддержало только 33,90%, тогда как действующего президента 66,10%.
 
Остальные политики могут конкурировать с участниками «большого дуэта», но пока не в состоянии добиться сопоставимого с ними уровня политического влияния. Более того, конкуренты Э. Макрона и М. Ле Пен не отличаются стабильностью своих электоральных позиций. В кампании 2017 г. главным преследователем «большого дуэта» выступал кандидат от неоголлистской партии «Республиканцы» (Les Républicains - LR), бывший премьер-министр Франсуа Фийон. В кампании 2022 г. его сменил крайне левый политик Жан-Люк Меланшон. Оба заняли третьи места по итогам первого раунда голосования и покинули гонки. За Ф. Фийона в 2017 г. проголосовало 20,01%, а за Ж.-Л. Меланшона в 2022 г. 21,95% избирателей.
 
В идеологическом плане «большой дуэт» представляет собой борьбу левого центра с правым флангом. Э. Макрон, позиционирующий себя как либерал, тяготеет к либерально-левоцентристским силам. М. Ле Пен в кампании 2017 г. выступала скорее как крайне правый политик. Но в ходе текущей гонки она, за счёт смещения к центру, представляла уже правый лагерь в целом.
 
1.2. Ретроспектива конкуренции в формате «большого дуэта».
 
Конкуренция в формате «большого дуэта» в борьбе за президентский пост встречается во французской политической практике относительно регулярно, начиная с 1970 гг. На выборах 1974 г. и 1981 г. кресло в Елисейском дворце оспаривали представитель центра Валери Жискар д’Эстен, и социалист Франсуа Миттеран. В первом случае победу праздновал В. Жискар д’Эстен, во втором – лидер Социалистической партии Франции (Parti Socialiste - PS). В 1988 г. и 1995 г. на смену этому соперничеству пришло противостояние между лидером неоголлистов Жаком Шираком и главными лицами PS. В 1988 г. им был Ф. Миттеран, а в 1995 г. - Лионель Жоспен. Победителем первого голосования вышел Ф. Миттеран, а второго – Ж. Ширак. В 2002 г. феномен «большого дуэта» оказался поколеблен. Во второй тур вышли Ж. Ширак и лидер Национального фронта (Front National – FN, предшественник Нацобъединения) Жан-Мари Ле Пен (отец М. Ле Пен). Но отрыв последнего от занявшего третью строчку Л. Жоспена оказался минимальным.
 
«Большой дуэт» вновь вернулся в реалии президентских выборов 2007 г. и 2012 г. Борьбу за власть тогда вели глава неоголлистов Николя Саркози (представлявший партию Союз за народное движение) и новые лидеры PS. В 2007 г. в таком качестве выступила Сеголен Руаяль, а в 2012 г. - Франсуа Олланд. По итогам первых выборов победа осталась за Н. Саркози, а вторых – за Ф. Олландом.
 
1.3. Интрига президентских выборов 2022 г. во Франции.
 
Интрига президентских выборов 2022 г. заключалась в том, что они закрепили во Франции принципиально новую конфигурацию ведущих политических игроков. В неё вошёл представитель левого центра Э. Макрон и ведущий политик правого крыла М. Ле Пен. Политическая жизнь республики теперь во многом определяется данными центрами силы.
 
Подобная конфигурация последовательно складывалась с 2017 г. Но только выборы 2022 г. её окончательно легитимировали. Впервые в политической истории современной Франции борьбу за пост главы государства второй раз подряд вели представители именно левого центра и правого фланга. Причём если в случае с Э. Макроном можно пытаться проводить параллели с В. Жискар д’Эстеном. То правые, а не правые центристы, как вторая политическая сила страны – явление для Пятой республики новое.
 
Результат Ж.-М. Ле Пена на президентских выборах 2002 г. был во многом случайным. В пользу лидера Национального фронта сыграла слабость выдвиженца от социалистов Л. Жоспена. Серьезной электоральной базы для занятия кресла в Елисейском дворце у крайне правого политика не было. Это наглядно продемонстрировал второй тур выборов. По его итогам Ж. Ширак набрал 82,2% голосов, тогда как Ж.-М. Ле Пен 17,8%. Также показательно, что уже на следующих президентских выборах, прошедших в 2007 г., Ж.-М. Ле Пен показал результат, далекий от предыдущего. Он покинул гонку уже после первого тура, набрав 10,44% и заняв итоговое четвёртое место. Выше многолетнего лидера Национального фронта оказались не только фавориты кампании Н. Саркози и С. Руаяль, но и представитель центристов, глава партии «Союз за французскую демократию» (Union pour la démocratie française - UDF) Франсуа Байру.
 
Теперь ситуация принципиально изменилась. На выборах 2017 г. М. Ле Пен сделала весомую заявку на, чтобы утвердиться в роли второго по весу политика страны. По итогам первого тура её отрыв от занявшего третью строчу представителя неоголлистов Ф. Фийона был сравнительно невелик. Он составил лишь 1,29%. В этом плане она повторила путь отца, боровшегося с Л. Жоспеном. Но во втором раунде поражение М. Ле Пен от Э. Макрона оказалось уже не столь безоговорочным, как проигрыш Ж.-М. Ле Пена Ж. Шираку.
 
И в 2022 г. М. Ле Пен не просто повторила результат предыдущих президентских выборов, но и заметно улучшила свои позиции. Отрыв лидера RN от ставшего третьим Ж.-Л. Меланшона вновь оказался минимальным. Он составил 1,2%. Но во втором туре М. Ле Пен не просто преодолела показатель выборов 2017 г., но и смогла добиться рекордного для себя уровня поддержки избирателями. Впервые за кандидата, представляющего правый фланг, а ещё недавно воспринимавшегося как крайне правый политик, проголосовало больше 40% избирателей.
 
Во втором туре М. Ле Пен уже не выступила в качестве «номинального оппонента» Э. Макрона. Результат, показанный лидером RN, оказался близок к показателям других крупных политиков, ведших борьбу за президентское кресло в прошлых кампаниях. Так, на выборах 1988 г. за занявшего второе место Ж. Ширака проголосовало 46,0%. Пришедший вторым в 1995 г. Л. Жоспен набрал 47,4%. Наконец, за С. Руаяль во втором туре выборов 2007 г. проголосовало 46,9% избирателей.
 
1.4. Условия для укрепления позиций правого фланга.
 
Условия для утверждения правых в статусе второй политической силы страны были созданы при активном участии находившихся у власти во Франции политиков. В 2002 г. Ж. Шираку был весьма выгоден вариант соперничества с Ж.-М. Ле Пеном. Он позволял консолидировать вокруг себя сторонников практических всех политических сил, играя на теме борьбы с «крайне правой угрозой». И легко переизбраться на второй срок.
 
Желаемый результат был Ж. Шираком достигнут. Он без проблем обыграл лидера Национального фронта. Но именно то голосование создало важный прецедент – крайне правый политик впервые в современной французской истории вышел во второй тур президентских выборов. И пусть реально побороться за кресло в Елисейском дворце он не смог, его участие в финальной фазе гонки меняло само представление избирателей о крайне правых. Из представителей политической периферии они в одночасье превратились в игроков авансцены.
 
Как следствие, выход М. Ле Пен во второй тур голосования в 2017 г. уже не воспринимался как что-то экстраординарное и сенсационное. Напротив, её результат был следствием последовательного упрочнения позиций Национального фронта. Уже на дебютных для себя президентских выборах 2012 г. М. Ле Пен добилась поддержки избирателей, превышающей показатели отца. В первом туре за неё проголосовало 17,90%, что обеспечило уверенное третье место. Оказавшийся четвёртым, представитель крайне левых Ж.-Л. Меланшон получил 11,10%. Было понятно, что новому лидеру FN вполне по силам побороться за выход во второй раунд. Что и было сделано уже в следующем избирательном цикле.
 
В 2017 г. Э. Макрону, так же, как и Ж. Шираку в 2002 г., было удобно иметь в качестве главного соперника М. Ле Пен, а не неоголлиста Ф. Фийона. Он, подобно своему предшественнику, смог создать большую электоральную коалицию для борьбы с главой Национального фронта. И технологические усилия Э. Макрона во многом повторили сценарий 2002 г., разыгранный штабом Ж. Ширака. Только итоговый результат показал, что число избирателей, испытывающих резкое неприятие к политику от крайне правых, заметно сократилось. А поддержка кандидата от центра и левого центра оказалась ниже, чем число сторонников неоголлистов в 2002 г. Если за Ж. Ширака проголосовало 82,2%, то за Э. Макрона на 16,1% меньше.
 
1.5. «Большой дуэт» в контексте общей композиции президентской гонки 2021-22 гг.
 
Ход президентской кампании 2021-22 гг. и результаты обоих туров голосования закрепили за Э. Макроном и М. Ле Пен статус главных фигур французской политики. Все остальные участники гонки во второй раунд голосования не пробились. Третье место по итогам первого тура занял глава партии «Непокорённая Франция» Ж.-Л. Меланшон. За него проголосовало 21,95% избирателей. На четвёртой строчке оказался дебютант, писатель и полемист Э. Земмур. Он набрал 7,07% голосов. Пятую позицию заняла В. Пекресс с 4,78%. На шестом месте оказался лидер партии «Европа Экология Зелёные» (Europe Écologie Les Verts - EELV) Янник Жадо. За него проголосовало 4,63% граждан республики.
 
Всего участие в президентской кампании приняло 12 кандидатов. Четверо из них представляли левый фланг - Натали Арто (партия «Рабочая борьба»), Филипп Путу (Новая антикапиталистическая партия), Фабьен Руссель (Французская коммунистическая партия) и Ж.-Л. Меланшон. Ещё трое относились к левому центру. Это А. Идальго (Социалистическая партия Франции), Я. Жадо и Э. Макрон. Два кандидата представляли правый центр. Это В. Пекресс и Николя Дюпон-Эньян (партия «Вставай, Франция»). Наконец, три политика относились к правому флангу. Помимо М. Ле Пен и Э. Земмура это Жан Лассаль (партия «Будем сопротивляться!»).
 
Лидирующее положение в электоральном цикле Э. Макрон и М. Ле Пен заняли задолго до официального старта президентской гонки – в феврале 2019 г. Уже тогда оба политика, согласно данным соцопросов, выходили во второй тур, опережая остальных конкурентов. При этом фаворитом второго раунда, как и в 2017 г., был действующий глава Елисейского дворца. Так, согласно исследованию Ifop (Institut français d'opinion publique - Французский институт общественного мнения), обнародованному 6 февраля 2019 г, за Э. Макрона в первом туре были готовы проголосовать 30%. М. Ле Пен поддерживало 27% опрошенных.
 
При этом электоральные позиции главы Елисейского дворца отличались устойчивостью. С января 2021 г. его рейтинг не опускался ниже отметки в 23-24%. Другое дело, что имевший место рост носил эпизодический характер и не превышал 2-3%. Так, уже в апреле 2021 г. уровень поддержки президента достиг отметки в 25-28%. Но в последующем он балансировал в указанных границах, регулярно возвращаясь к показателям 23-24%. Так, в начале октября 2021 г. Э. Макрон мог рассчитывать на поддержку 25-26%. А в конце декабря его рейтинг составлял 24-25%.
 
Начальная стадия кампании (первая половина 2021 г.) отличалась борьбой за первое место между действующим президентом и М. Ле Пен. Но с июля 2021 г. Э. Макрон прочно занял первое место в гонке и удерживал его до выборов. С одной стороны, такая ситуация была продиктована пусть и небольшим, но ростом уровня его популярности. Рейтинг президента пошёл вверх. С другой стороны, едва ли не решающим фактором для укрепления позиций Э. Макрона стало постепенное снижение рейтинга М. Ле Пен, наметившееся именно в июле.
 
Переломными для положения Э. Макрона стали региональные выборы, прошедшие во Франции 20 и 27 июня 2021 г. Они не привели к победе центристской коалиции во главе с правящей пропрезидентской партией «Вперёд, Республика!» (La République en marche - LREM) – она заняла итоговое четвёртое место. Голосование ознаменовалось ослаблением позиций правой коалиции во главе с RN, оказавшейся на третьей строчке. Этот результат негативно отразился на позициях лидера «Национального объединения» М. Ле Пен.
 
Несмотря на своё доминирование в гонке, Э. Макрон оказался последним политиком, официально объявившим о своём участии в президентской кампании. Сделал он это лишь 3 марта 2022 г. Формально такой шаг был продиктован желанием вступить в борьбу на позитивной повестке – отмене основной части ограничений, введённых во Франции в ходе пандемии коронавируса. В то же время подобный шаг Э. Макрона не должен вводить в заблуждение. Его неофициальная предвыборная кампания де-факто началась летом 2021 г. С этого периода практически все мероприятия и инициативы президентской повестки были ориентированы на продвижение Э. Макрона как претендента на переизбрание.
 
И добиться ощутимого преимущества над конкурентами в условиях позднего вступления в гонку глава Елисейского дворца не смог. В начале марта у него наметилась тенденция к некоторому укреплению позиций. Его рейтинг вырос с 25-27% до 29-31%. Сказалась консолидация профильного электората Э. Макрона, простимулированная его официальным вступлением в гонку. Аналогичный рост уровня электоральной поддержки фиксировался у Э. Земмура и В. Пекресс после того, как они официально объявляли о своём намерении побороться за президентский пост.
 
В последующем рост рейтинга Э. Макрона сначала остановился, а затем он вернулся на исходные позиции. Уже к концу марта уровень поддержки главы государства снизился до 27-29%. А первому туру выборов в начале апреля он подошёл с более привычными для себя 25-27%. Результат в 27,85%, показанный по итогу первого раунда, оказался близок к показателям, фиксировавшимся социологическими исследованиями.
 
Против Э. Макрона сыграло ухудшение экономической ситуации во Франции. В марте 2022 г. резко выросли цены на энергоносители и топливо. Кроме того, поднялась стоимость промышленных товаров и продуктов питания. Это привело к росту общественного недовольства. Во стране, где ещё памятны протесты движения «Жёлтых жилетов», вновь наметились предпосылки к очередной волне массового недовольства.
 
Кроме того, не сыграла задумка штаба Э. Макрона вступить в гонку на позитивной волне – отмене основных ограничений, введённых из-за пандемии коронавируса. Когда долго откладывавшееся выдвижение, наконец, состоялось тема ковида была уже на вторых ролях. В информационной повестке доминировал конфликт России с Украиной и проблема отношений между ЕС и РФ. В силу этого Э. Макрону приходилось уделять самое пристальное внимание не столько своей избирательной кампании, сколько международным делам. Его претензии на статус главного внешнеполитического игрока ЕС ограничивали активность на французской внутриполитической сцене.
 
С самого начала финального этапа борьбы за президентское кресло Э. Макрон опережал М. Ле Пен. Уже 10 апреля соцопросы фиксировали его рейтинг для второго тура в 51-54%. Рейтинг лидера RN составлял при этом 46-49%. В последующем серьезного рывка в уровне поддержки главы Елисейского дворца не произошло. Он стабилизировался в диапазоне 53-54%. В то же время и М. Ле Пен не могла похвастать ощутимым укреплением своих позиций. Её рейтинг застыл на отметке в 46-47%. Расстановка политиков нашла подтверждение в ходе второго тура выборов, прошедшего 24 апреля. По его итогам Э. Макрон смог переизбраться на второй срок.
 
М. Ле Пен подошла к первому туру голосования с рейтингом в 23-25%. Это обеспечивало ей второе место, но фиксировало серьезные перепады в уровне электоральной поддержки. Особенно на фоне электоральной стабильности Э. Макрона. В начале 2021 г. рейтинг М. Ле Пен составлял 25-27%. И она регулярно занимала первую строчку в гонке, опережая действующего президента. В августе 2021 г. электоральный вес лидера «Нацобъединения» снизился до 23-24%. А в декабре – до 15-16%. В конце 2021 г. М. Ле Пен опустилась на третью строчку. А место главного преследователя Э. Макрона занимала В. Пекресс. В последующем рейтинг лидера RN снова демонстрировал стабильный рост. Она уверенно вернулась на вторую позицию, обойдя конкурентов. Но для победы над Э. Макроном этого оказалось недостаточно.
 
Президентские выборы 2022 г. утвердили Ж.-Л. Меланшона в статусе ключевого претендента на слом новой конфигурации политической сцены республики. Он - единственный политик, способный бросить вызов доминированию Э. Макрона и правых. Лидер «Непокорённой Франции» из представителя левой периферии превратился в самостоятельную фигуру, способную навязать борьбу ведущим претендентам на президентский пост. Впервые заявку на такую роль Ж.-Л. Меланшон сделал на выборах главы государства в 2012 г. Представлявший тогда партию «Левый фронт» (Front de gauche – FG) политик по итогам первого тура набрал 11,10%, что обеспечило ему четвёртое место.
 
Президентское голосование 2017 г. стало своеобразным политическим бенефисом Ж.-Л. Меланшона. В первом раунде он снова занял четвёртую строчку. Но на сей раз результаты оказались значительно выше предыдущих. За лидера теперь уже «Непокорённой Франции» проголосовало 19,58% избирателей. Он ненамного отстал как от оказавшегося третьим Ф. Фийона (20,01%), так и от М. Ле Пен (21,30%).
 
В президентской кампании 2022 г. Ж.-Л. Меланшон снова участвовал в статусе игрока, входящего лидерский пул. Первоначально уровень его поддержки был несколько ниже, чем в предыдущей гонке. Причем такая ситуация сложилась ещё в начале 2021 г. Так, согласно опросу Harris Interactive за январь 2021 г., лидера LFI были готовы поддержать 10-11%. А исследование Ifop за февраль 2021 г. зафиксировало его рейтинг на отметке в 12%. В течение 2021 г. рейтинг Ж.-Л. Меланшона принципиально не изменился. По данным опроса Ifop-Fiducial за ноябрь 2021 г. политика поддерживало 8-9% опрошенных. А исследование Harris-Interactive от 17 ноября показывало, что Ж.-Л. Меланшон может рассчитывать на 10%.
 
Резкое укрепление позиций лидера «Непокорённой Франции» началось непосредственно перед первым туром выборов, во второй половине марта 2022 г. Сначала его рейтинг поднялся до 12-13% и он опередил В. Пекресс. Затем уровень поддержки Ж.-Л. Меланшона вырос до 14-15% и он вышел на третье место в гонке, оставив позади Э. Земмура. И после этого тенденция к росту рейтинга левого политика сохранилась. Непосредственно перед первым туром, в начале апреля, его были готовы поддержать уже 16-17%. Итоговый результат в 21,95% превзошёл оценки социологических служб. Ж.-Л. Меланшон смог не просто превзойти собственные результаты, показанные на выборах 2012 г. и 2017 г., но и вовсе войти в тройку главных участников гонки.
 
Глава II. Главное лицо правого фланга Марин Ле Пен в борьбе за президентский пост. Технологические особенности кампании
 
Технологические особенности предвыборной кампании главного представителя правого фланга М. Ле Пен сводились к следующим моментам. В том, что касается избирательной стратегии речь шла о смещении в правый центр с целью добиться максимального расширения электоральной базы. В процедурном плане в основе лежало раннее выдвижение кандидатом на пост президента и ранний неофициальный старт предвыборной кампании. Предвыборное позиционирование задавалось формальным уходом с поста главы «Национального объединения».
 
2.1. Позиции главы «Национального объединения» в преддверии избирательной гонки.
 
В своих общих чертах технологические особенности избирательной кампании М. Ле Пен в 2021-22 гг. задавались двумя ключевыми факторами. Во-первых, результатами «Национального объединения», показанными на выборах в Европейский парламент, прошедших 25-26 мая 2019 г. Во-вторых, личным опытом участия М. Ле Пен в борьбе за президентский пост в 2017 г.
 
По итогам голосования в Европарламент правая коалиция, включавшая RN и партию «Народные правые» (La Droite populaire – LDP), заняла первое место. За неё проголосовало 23,34% избирателей, что обеспечило 23 места в общеевропейском представительном органе. Центристская коалиция во главе с партиями «Вперёд, республика» и «Демократическое движение» (Mouvement démocrate - MoDem) (всего в неё входило шесть партий) заняла вторую строчку. Свои голоса за неё отдали 22,42% французов, что дало центристам те же 23 мандата.
 
Такой результат был воспринят в RN как однозначная победа. Причем победа, свидетельствующая о растущем уровне популярности партии и её лидера. В этой связи позитивно оценивалось переименование партии из Национального фронта в «Национальное объединение», состоявшееся в июне 2018 г. Оно повлекло не только смену внешнего имиджа, но и трансформацию партийной платформы, приобретшей элементы правоцентристского нарратива. В руководстве RN исходили из того, что смещение в сторону правого центра позитивно отразилось на электоральной поддержке партии в ходе европейских выборов.
 
На этом фоне вторая половина 2019 г. была отмечена ростом уровня популярности М. Ле Пен. Вероятно, сказался эффект от голосования в Европарламент. Поддержка RN в ходе выборов вскоре после их окончания конвертировалась в поддержку её лидера. Хотя сама она в выборах и не участвовала. Список правой коалиции возглавлял молодой политик RN Жордан Барделла. В октябре 2019 г. рейтинг М. Ле Пен составлял 28-29%. По этому показателю она стала лидером французской политической сцены, пусть и ненамного, но опередив Э. Макрона. Рейтинг действующего президента в тот же период находился в диапазоне 27-28%.
 
Позитивно в руководстве «Нацобъединения» оценивали и результаты президентских выборов 2017 г. Значимость предшествующего электорального цикла заключалась для RN в том, что по его итогам М. Ле Пен закрепила за собой статус видной фигуры французской политической сцены. Итоговое второе место воспринималось верхушкой RN как солидный задел для будущей борьбы за президентский пост.
 
Итоги выборов в Европарламент рассматривались руководством «Нацобъединения» как «разогрев» электоральной «почвы» перед президентской гонкой. А опыт кампании 2017 г. воспринимался во многом как пример для подражания - уже проработанный сценарий, усовершенствование которого должно было обеспечить высокий результат в новых условиях. И выстраивая линию активности в ходе новой предвыборной гонки, М. Ле Пен и её штаб учитывали оба указанных фактора.
 
Опираясь на практику избирательных кампаний 2017 и 2019 г., штаб RN в то же время не стал учитывать ряд сопутствующих им важных моментов. Во-первых, особого значения на внутриполитической сцене успехи на европейских выборах для партии не имеют. В ходе предшествующего голосования в Европарламент, прошедшего 24–25 мая 2014 г. Национальный фронт показал ещё более убедительный результат, чем в 2019 г. Тогда за него проголосовало 24,86 % избирателей, что обеспечило 24 мандата. Но на результатах выборов президента в 2017 г. эти показатели никак не сказались.
 
Во-вторых, при всей своей успешности президентская кампания 2017 г. не позволила М. Ле Пен навязать Э. Макрону полноценную борьбу во втором туре. Отрыв последнего в 32,2% на это прямо указывает. Для сравнения, в кампании 2012 г. Ф. Олланд победил Н. Саркози с перевесом лишь в 3,2%. В ходе своей кампании в 2017 г. М. Ле Пен во втором туре смогла консолидировать довольно большой для правого политика электорат. Но его всё равно оказалось недостаточно для реальной борьбы за первую строчку.
 
2.2. Стратегия кампании М. Ле Пен – смещение в правый центр.
 
Стратегия избирательной кампании М. Ле Пен была ориентирована на максимально возможное расширение электоральной базы своих сторонников. Как показали президентские выборы 2012 и 2017 гг., ядерный электорат лидера RN составляет порядка 20-21% избирателей. Второй тур выборов 2017 г. продемонстрировал, что максимум на что может рассчитывать правый политик в реалиях Франции – порядка 30-35%. Вполне возможно, что в её пользу могли бы высказаться ещё порядка 2-3% избирателей. Но маловероятно, что, опираясь только на свой традиционный электорат, она была бы в состоянии перешагнуть отметку в 35-37%. То есть ядерного электората М. Ле Пен могло хватить для выхода во второй тур (как это было в 2017 г.). Но для успешного выступления на выборах имеющегося уровня электоральной поддержки было явно недостаточно.
 
Практическую реализацию стратегии должно было обеспечить смещение М. Ле Пен с правого фланга в правый центр – повторение манёвра, выполняемого «Национальным объединением» как партией с 2018 г. Кроме того, речь шла о закреплении за лидером RN статуса респектабельного правоконсервативного политика, смешанной политической риторике, ориентированной одновременно на протестный электорат, сторонников центра, правых и левых избирателей.
 
Цель смещения с правого фланга в центр – завоевание голосов избирателей, придерживающихся центристских и правоцентристских взглядов. Движение в этом направлении было начало RN и его главой ещё в 2018 г. Сама идея смены названия партии с Национального фронта на «Национальное объединение» была продиктована стремлением повысить её умеренность, закрепить реноме правоцентристской политической силы. Но именно в избирательной гонке 2021-2022 гг. данный стратегический вектор получил наиболее полное воплощение. И, скорее всего, будет закреплён в ходе кампании RN по выборам в Национальную ассамблею.
 
Основное значение тактики по смещению в центр заключается в отказе от наиболее радикальных лозунгов и идей, характерных для крайне правого фланга, при одновременном активном использовании элементы риторики и предложений, присущих правоцентристским политикам.
 
Это ведёт к смещению акцентов в самой кампании М. Ле Пен. С проблем национальной идентичности, иммиграции, защиты коренного населения страны в её повестку входят обеспечение общественной безопасности, повышение уровня социальной ответственности государства, стимулирование экономического развития, поддержка промышленности. Такой важный для крайне правых вопрос как борьба с нелегальной миграцией начинает рассматриваться в привязке к темам защиты рабочих мест, повышения зарплат, решения проблем пригородов крупных городов (населенных преимущественно выходцами из Африки), и противодействия этнической преступности.
 
Декларацией сдвига в правый центр стали публичные обращения М. Ле Пен в адрес сторонников «Республиканцев». По словам лидера RN, в настоящее время их интересы во французской политике представлены весьма ограниченно. И выборы 2022 г. вряд ли смогут переломить эту ситуацию. У LR нет по-настоящему сильного лидера. В такой ситуации М. Ле Пен предложила избирателям-неоголлистам объединить усилия. Основным стимулом для этого должна стать общность в неприятии фигуры Э. Макрона.
 
По мнению лидера RN, альянс с электоратом «Республиканцев» должен быть построен на убежденности в том, что только вместе им по силам победить действующего президента. Принимая во внимание традиционно скептическое отношение к ней сторонников неоголлистов, М. Ле Пен подчеркивала, что не является политиком-сектантом, представляющим радикальную партию. Теперь она – кандидат от всех французов, недовольных Э. Макроном, объединяющий вокруг себя широкий спектр избирателей.
 
Смысл подобного маневра весьма прост – желание заполучить хотя бы часть голосов правоцентристского электората. На выборах 2017 г. главный кандидат от правых центристов Ф. Фийон набрал в первом туре 20,01%. А находившийся правее его Н. Дюпон-Эньян - 4,70%. В совокупности это давало 24,71% голосов – более чем серьезное дополнение к результату М. Ле Пен по итогам второго раунда в 2017 г.
 
Помимо сугубо электорального значения, смещение в центр укладывалось и в кампанию по де-демонизации (dédiabolisation) лидера RN. Концепция де-демонизации для М. Ле Пен не нова. Она обратилась к ней сразу после того, как возглавила Национальный фронт в 2011 г. Партия начала проводить комплекс мер по повышению уровня своей респектабельности и отказу от неоднозначных действий и заявлений. И в рамках президентской кампании 2021-22 гг. идея де-демонизации снова обрела актуальность.
 
Обращение М. Ле Пен к идеям и риторике, близким к неоголлистской платформе, должно было показать широким категориям избирателей, что лидер RN больше не «правый радикал», а «солидный» представитель политического мейнстрима. Причем политик, заинтересованный в голосах данных избирателей и готовый учитывать их запросы.
 
Поиск точки опоры в правом центре наложил отпечаток на представление М. Ле Пен о возможной конфигурации будущей системы государственного управления. Она заявляла о том, что в случае своего избрания сформирует правительство национального единства. И его может возглавить не выходец из «Нацобъединения», а политик от другой партии. Прежде всего, данная идея ориентировалась на потенциальных союзников среди правоцентристов. Находясь в поиске игроков, голоса сторонников которых могли бы потенциально усилить её собственный рейтинг, М. Ле Пен сразу обозначала компенсацию за подобное сотрудничество.
 
Кроме того, идея правительства национального единства показывала избирателям, что лидер RN не заинтересована в единоличном контроле над властью. Она готова ввести в состав руководства страны игроков с другими взглядами и убеждениями. Как следствие, проводимый таким правительством курс должен был отвечать интересам не только традиционных сторонников М. Ле Пен, но и сторонников центра. Не случайно, что, говоря о конфигурации потенциального кабмина, лидер RN подчеркивала, что её администрация намеревалась подготовить проект развития страны, отвечающий запросам умеренных избирателей.
 
Своеобразным реверансом в сторону правоцентристской традиции являлось и предложение М. Ле Пен вернуть продолжительность президентской легислатуры к 7 годам. На момент создания Пятой республики в 1958 г. именно столько составлял один срок правления главы государства. Такая продолжительность воспринималась как одна из основ новой редакции республиканизма, сформулированной голлистами, и сохранялась до 2000 г.
 
Конституционный референдум, прошедший 24 сентября 2000 г. и инициированный президентом Ж. Шираком, касался лишь одного вопроса – сокращения президентского срока с 7 до 5 лет. Население Франции поддержало инициативу тогдашнего главы Елисейского дворца. М. Ле Пен полагала, что это решение было ошибочным и шло вразрез со сложившейся политической традицией.
 
Смещение в правый центр совмещалось в стратегии М. Ле Пен со стремлением получить поддержку «народного электората» (l’électorat populaire). Под ним понимаются категории избирателей, предпочтения которых определяются колебаниями политической конъюнктуры, социально-экономической повесткой и вопросами общественной безопасности. За этим ходом скрывалась попытка заручиться поддержкой максимально широких электоральных групп – протестных избирателей, сторонников различных, в том числе и левых взглядов.
 
Показательно, что заметная часть «народного электората» в предыдущие кампании отдавала предпочтение левым политикам. Другие в 2000-2010 гг. делали выбор в пользу крайне правого лагеря, становясь сторонниками Ж.-М. Ле Пена. В 2018-2019 гг. представители именно «народного электората» были в числе наиболее активных участников движения «жёлтых жилетов». Штаб лидера RN видел в этой категории ещё одно важное дополнение к своему ядерному электорату.
 
Ориентация на «народный электорат» воплощалась в использовании М. Ле Пен идей и предложений, характерных для левого фланга. В их числе повышение социальных обязательств государства, защита национальных рабочих мест, поддержка производственных секторов экономики, помощь населению депрессивных регионов, борьба с безработицей и пр. Подобные предложения дополнялись соответствующей риторикой, близкой к позиции Ж.-Л. Меланшона и других представителей крайне левого крыла.
 
2.3. Раннее выдвижение кандидатом на пост президента.
 
Номинация М. Ле Пен на пост главы государства состоялось в начале 2020 г. 16 января политик провела специальную конференцию для прессы, на которой объявила о своём намерении участвовать в борьбе за президентство. По времени объявления о своём выдвижении М. Ле Пен стала третьей среди всех участников гонки. Первым это сделал Ж. Лассаль. О своей номинации он заявил ещё 28 сентября 2018 г. Вторым - Франсуа Асселино, анонсировавший участие в кампании 4 апреля 2019 г.
 
Важную роль в этом решении сыграл опыт избирательной кампании 2016-2017 г. Тогда М. Ле Пен объявила о своём намерении побороться за президентский пост в эфире телеканала TF1 8 февраля 2016 г. Это было также одно из самых ранних выдвижений среди участников гонки. Тогда у подобного хода была своя логика, продиктованная, в том числе, рейтингом М. Ле Пен в 2015-2016 гг. и предвыборным потенциалом её основных конкурентов.
 
Ещё одним мотивом для раннего выдвижения стало стремление лидера RN использовать позитивный эффект от участия своей партии в выборах в Европейский парламент. Результат, показанный правым альянсом во главе с «Национальным объединением», воспринимался как залог поддержки избирателями М. Ле Пен на президентских выборах. И с целью сохранить в них возросший интерес к RN и её лидеру выдвижение последовало спустя восемь месяцев после европейского голосования.
 
Кроме того, стартовав в январе 2020 г., М. Ле Пен фактически положила начало президентской гонке как таковой. До её выдвижения говорить о неформальном старте борьбы за президентский пост не приходилось. Выдвижения Ж. Лассаля и Ф. Асселино носили во многом декларативный характер. Остальные потенциальные участники президентской гонки свои амбиции никак не обозначали.
 
Номинация же М. Ле Пен заставила рассматривать политические процессы в стране сквозь призму нового избирательного цикла. Другим ведущим политикам пришлось также постепенно втягиваться в кампанию. Не случайно, что вслед за М. Ле Пен в течение 2020 г. о выдвижении своих кандидатур заявило сразу несколько игроков. Так, 26 сентября это сделал лидер партии «Вставай, Франция» Н. Дюпон-Эньян, а 8 ноября - Ж.-Л. Меланшон.
 
Наконец, ранее выдвижение было продиктовано желанием предвыборного штаба М. Ле Пен использовать как можно больше времени для проведения мероприятий предвыборной кампании. В этом плане учитывалось, что на протяжении всей гонки перед лидером RN стояла задача добиться превосходства в борьбе с действующим главой государства, располагающим серьезными медийными и административными ресурсами. Длительность участия в предвыборном состязании как синоним продолжительности прямого контакта с избирателями в этом контексте имело важное значение. Официально кампания лидера RN стартовала лишь в сентябре 2021 г. Но по факту её политическая активность, начиная с января 2020 г., строилась с учётом решения преимущественно предвыборных задач.
 
Такая расстановка акцентов, в числе прочего, была продиктована сложностями для представителя правого лагеря в ведении кампании. М. Ле Пен участвовала в гонке в условиях, когда против неё настроена большая часть прессы. Кроме того, её кандидатуре противодействует негласная коалиция левых и центристов. Вести работу с электоратом «под давлением» лидеру RN заметно сложнее, чем любому другому французскому политику. Само выстраивание коммуникации с избирателями и преодоление традиционного предубеждения их части к крайне правым деятелям требовало времени.
 
При этом эффект от подобного «первого выстрела» неоднозначен. С одной стороны, политик, первым анонсирующим свою номинацию на президентский пост, имеет возможность оказать определенное влияние на динамику, темп и повестку кампании. Именно в силу своего лидерства на старте. Его потенциальным конкурентам, так или иначе, приходится искать ответы на подобный ход.
 
С другой стороны, нужно учитывать, что во французских политических реалиях ранее выдвижение далеко не всегда имеет принципиальное значение для участников гонки. Например, в кампании 2017 г. Э. Макрон, будучи её дебютантом, заявил о своем выдвижении значительно позже М. Ле Пен - 16 ноября 2016 г. В текущей кампании глава Елисейского дворца и вовсе объявил свою номинацию последним – 3 марта 2022 г. Это состоялось буквально за несколько дней до обнародования Конституционным советом Франции официального списка кандидатов, последовавшего 7 марта.
 
В этой связи весьма показательно, что в кампании 2016-2017 гг. лидер Национального фронта не смогла извлечь существенных дивидендов из своего раннего выдвижения. На момент объявления номинации М. Ле Пен хотя и входила в число лидеров гонки, но уступала сильнейшему кандидату от «Республиканцев» Алену Жюппе. К лету 2016 г. ситуация принципиально не изменилась. А. Жюппе продолжал лидировать, тогда как М. Ле Пен занимала вторую строчку. Осенью 2016 г. А. Жюппе в качестве главного кандидата LR сменил Ф. Фийон, обыгравший мэра Бордо на внутрипартийных праймериз. Но и он сохранил преимущество над М. Ле Пен, хотя разрыв между кандидатами и сократился.
 
Данный пример показывает, что на дистанции 2016 г. М. Ле Пен не добилась желаемого для себя преимущества над политиками, которые до выдвижения Э. Макрона воспринимались как её основные конкуренты. Она оказалась одним из первых игроков, объявивших о своём намерении принять участие в президентских выборах 2017 г. А «Республиканцы» смогли определиться со своим номинантом лишь по итогам предварительного голосования, прошедшего 20 и 27 ноября 2016 г.
 
Несколько иначе ситуация развивалась в 2021-2022 гг. После выдвижения кандидатом в президенты М. Ле Пен сначала имела паритет с Э. Макроном по уровню электоральной поддержки. Так, по данным опроса Ifop-Fiducial за июнь 2020 г., лидера RN поддерживало 27-28% опрошенных. Действующий глава государства мог рассчитывать на 26-28%. Осенью 2020 г. этот баланс трансформировался в пусть и небольшое, но преимущество М. Ле Пен. Согласно исследованию Ifop-Fiducial за октябрь 2020 г., её поддерживало 24-27% респондентов. Рейтинг главы Елисейского дворца составлял 23-26%.
 
Превосходство М. Ле Пен над Э. Макроном сохранялось до середины июня 2021 г. Во второй половине июня действующий глава государства начал постепенно опережать своего главного преследователя. По времени изменение в расстановке сил в «большом дуэте» совпало с региональными выборами, прошедшими 20 и 27 июня. Так, по данным опроса Ifop, вышедшего в начале июня, рейтинг лидера RN составлял 28%. Э. Макрон поддерживался 26% опрошенных. А согласно исследованию Harris-Interactive от 29 июня М. Ле Пен могла рассчитывать на 24-27%. В свою очередь уровень поддержки главы Елисейского дворца составлял 25-28%.
 
На протяжении первой половины 2021 г. ранее выдвижение играло в пользу М. Ле Пен. По сравнению с 2016 г. она смогла добиться путь и минимального, но преимущества над своим основным оппонентом. И, возможно, смогла бы сохранить и упрочить этот отрыв во второй половине 2021 г., если бы не региональные выборы. Неубедительное выступление на них RN привело к снижению рейтинга главы партии.
 
2.4. Формальный уход с поста главы «Национального объединения».
 
Ещё одной технологической особенностью кампании М. Ле Пен стал формальный уход с должности главы (президента) «Национального объединения» на время президентской гонки. Принципиальное решение о том, что глава RN временно покинет свой пост было принято на XVII съезде партии, прошедшем в Перпиньяне 3-4 июля 2021 г. М. Ле Пен официально сложила с себя руководящие полномочия вскоре после начала основной фазы кампании, 13 сентября. В должности президента RN (в статусе и.о.) её сменил вице-президент партии Ж. Барделла. Предполагается, что вскоре после завершения президентской гонки М. Ле Пен снова займёт оставленный пост.
 
Основной мотив подобного шага – желание полностью сосредоточиться на борьбе за президентское кресло. В статусе лидера «Нацобъединения» М. Ле Пен пришлось бы регулярно обращаться к вопросам партийной повестки. Отвлекающий эффект оказала бы и подготовка RN к парламентским выборам, намеченным на 2022 г. Они пройдут 12 и 19 июня. Сложив с себя полномочия главы RN, М. Ле Пен, с одной стороны, освободила руки от партийной рутины. С другой – по аналогии с другими кандидатами, смогла вести свою кампанию с учётом предвыборных интересов «Нацобъединения».
 
Ещё один аргумент в пользу временного ухода с поста лидера RN – стремление дистанцироваться от имиджа собственной партии. С момента своего создания в 1972 г. у Национального фронта сложилась репутация крайне правой политической силы. Во Франции, где традиционно сильны центристские настроения, многих избирателей это откровенно отпугивало. Не случайно, что в ходе президентской гонки 2002 г. Ж. Шираку не составило большого труда консолидировать вокруг себя львиную долю электората, играя на противопоставлении с отцом М. Ле Пен, Ж.-М. Ле Пеном.
 
«Национальное объединение» во многом унаследовало подобное реноме. И хотя RN старается позиционировать себя как правоконсервативная партия, многие избиратели продолжают воспринимать её как игрока, представляющего крайне правый фланг. Временный выход из рядов RN позволил М. Ле Пен хотя бы частично снизить уровень прямой ассоциации с партией.
 
В этой связи далеко не случайно, что М. Ле Пен уже прибегала к подобной практике в ходе президентской гонки 2017 г. Так же, как и сейчас, свой шаг она обосновывала необходимостью сосредоточиться на борьбе за президентский пост. Плюс, М. Ле Пен подчеркивала, что беспартийный статус закрепляет за ней роль кандидата «всех французов». Другое дело, что тогда решение о временном уходе с поста главы FN было принято довольно поздно – 24 апреля 2017 г., уже после выхода во второй тур голосования. Оно четко привязывалось к задачам, решаемым штабом М. Ле Пен на финальном отрезке кампании. И на должность лидера партии кандидат от «всех французов» вернулась вскоре после второго раунда - 15 мая.
 
Более раннее, по сравнению с кампанией 2017 г., сложение полномочий главы партии лишний раз подчеркивало стремление М. Ле Пен максимально использовать имеющееся в её распоряжении время. С этим решением коррелировало и раннее анонсирование участия в президентской гонке.
 
Во многом формальный уход М. Ле Пен с официальной должности руководителя RN позволял на протяжении всей кампании рассматривать её как неофициального лидера партии. И это соответствовало действительности. Даже выйдя из рядов руководства «Национального объединения», она оставалась её ключевой и наиболее влиятельной фигурой.
 
Глава III. Содержание и идейные основы предвыборной кампании Марин Ле Пен
 
3.1. Содержание предвыборной программы М. Ле Пен.
 
В кампании 2022 г. лидер «Национального объединения» участвовала с широкой и довольно претенциозной программой. Она охватывала все сферы жизни французского общества, экономику, политическую систему и внешнюю политику. В основе подхода М. Ле Пен лежали предложения исправить те моменты, которые, как она считала, являются ошибками, скопившимися за период правления Э. Макрона и предыдущих президентов, а также добиться радикального изменения положения вещей в отдельных сферах жизни республики.
 
а) Социальная повестка
 
В частности, М. Ле Пен выступала с широким кругом социальных обещаний. В них она попыталась совместить умеренный популизм с учетом актуальных запросов населения. В числе основных приоритетов лидера RN - поддержка системы здравоохранения, особенно в условиях преодоления последствий пандемии коронавируса. Находилась в центре внимания М. Ле Пен и поддержка семьи. Она выступала за расширение финансового стимулирования рождаемости. Одним из пунктов её программы являлась поддержка безработных. Глава RN выступала против сокращения пособий по безработице, инициированного кабмином Э. Макрона. В её представлении система поддержки потерявших работу должна была оставаться прежней.
 
б) Налоговая политика
 
Отдельным направлением предвыборной платформы М. Ле Пен являлись предложения в области налоговой политики. Строя свою позицию из учёта настроений избирателей, она выступала за радикальное снижение НДС (TVA - taxe sur la valeur ajoutée) на бензин, электричество и газ с нынешних 20% до 5,5%. Также лидер RN предлагала снизить налог на дизельное топливо. В её представлении, цены на топливо и энергоресурсы достигли во Франции критических отметок. Между тем от доступности этого сырья зависит развитие экономики страны. В представлении М. Ле Пен снижение ставки НДС на топливо и энергоресурсы – гарантия экономической стабильности и трудовой занятости.
 
в) Нелегальная миграция и этническая преступность
 
Смещаясь в центр, лидер RN сохраняет довольно жесткую риторику в отношении проблем нелегальной миграции и этнической преступности. Но эти предложения М. Ле Пен во многом созвучны актуальным настроениям значительной части правоцентристского электората. За последние годы криминогенная ситуация во Франции заметно осложнилась. И ключевую роль в этом сыграла организованная и уличная преступность, как правило, представленная этническими группировками. Не прекращается и приток в республику нелегальных мигрантов. Всё это вызывает неприятие как у сторонников крайне правых, так и у симпатизантов правого центра.
 
М. Ле Пен придерживалась на этом треке твёрдой линии. Она выступала за полное искоренение банд, контролирующих проблемные (в её терминологии - уязвимые) районы и пригороды больших городов. Членов группировок, имеющих французское гражданство, она обещала массово отправлять за решётку, а преступников-иностранцев депортировать. По этому поводу глава RN заявляла, что «этих внутренних талибов мы отправим домой». Выступала М. Ле Пен и против уличных сексуальных домогательств в отношении женщин. По её словам, лица, виновные в домогательствах, должны быть включены в реестр преступников.
 
Что касается собственно нелегальной миграции, то глава RN и её штаб подготовили законопроект, направленный на решение данной проблемы. Этот документ включает такие меры как запрет на выдачу пособий нелегалам, высылку иностранцев-правонарушителей, прекращение практики воссоединения семей нелегалов. Также планировалось ужесточить требования предоставления мигрантам французского гражданства. Полный объем социальной поддержки во Франции должны получать только семьи французских граждан. По мнению лидера «Национального объединения», подобный шаг смог бы кардинально изменить политику Парижа в миграционной сфере. Франция послала бы миру четкий сигнал, что не является больше страной иммигрантов.
 
Одновременно всё ранее принятое законодательство в отношении мигрантов М. Ле Пен планировала отменить. Прежде всего, Закон о воссоединении семей мигрантов и Закон о поддержке несовершеннолетних мигрантов. По мнению лидера RN, данные законодательные акты были приняты правительством республики за спинами граждан и во многом против их воли. Также она выступала против Марракешского пакта ООН по миграции, поддержанного администрацией Э. Макрона. Свой комплекс мер по проблеме миграции лидер RN справедливо считала «переворотом в законодательстве о гражданстве и иммиграционной политике» страны.
 
М. Ле Пен заявляла, что в случае победы на выборах подготовленный «Национальным объединением» законопроект о нелегальной иммиграции был бы вынесен на общенациональный референдум. И граждане Франции смогли сами решить, какую линию проводить государству в отношении нелегалов. Глава RN позиционировала этот жест как возвращение народу права определять основы государственной политики.
 
Позиция М. Ле Пен по проблеме иммиграции построена на учёте мнения части французского электората – так, как его представляют в руководстве RN. Как считает лидер «Нацобъединения», «французы недовольны иммиграцией», они испытывают всё большее раздражение от наплыва иностранных правонарушителей и попустительства властей. В её представлении, у рядовых граждан сложилось мнение, что Елисейский дворец не имеет четкого, твёрдого и эффективного плана, как решать проблему нелегальной иммиграции. А у главы RN подобный план есть, и она могла бы претворить его в жизнь.
 
М. Ле Пен особо подчеркивала, что выступает за обеспечение должной безопасности учителей общеобразовательных школ. Мотивом для обращения к данному вопросу стало убийство учителя Самюэля Пати в парижском пригороде Конфлан-Сент-Онорин в октябре 2020 г. этническим чеченцем Абдуллахом Анзоровым. Как отмечала глава RN, в случае её избрания президентом, «безопасность учителей и уважение к ним станут безусловными приоритетами» проводимой государством политики.
 
г) Предложения для «народного электората»
 
В предвыборной платформе М. Ле Пен находилось место и для целевых предложений, способных вызвать одобрение у «народного электората». Как правило, именно такие предвыборные обещания позволяют оппонентам причислять лидера RN к политикам-популистам. Но здесь нужно учитывать настроения тех электоральных категорий, которым адресованы подобные предложения. «Народный электорат» заинтересован в простых решениях, способных снизить уровень социально-экономической напряженности, сложившейся в стране. Плюс, популярные предложения имеют весьма высокий резонанс в СМИ. А это достаточно действенный способ вызвать интерес у тех электоральных групп, которые разочаровались в других политиках или не определились со своим выбором.
 
В кампании 2021-2022 г. лидер RN, в числе прочего, выступала с предложением сделать бесплатным проезд в поездах для студентов и молодых рабочих вне часов пик. Также М. Ле Пен предлагала освободить от отчислений работодателей на срок до пяти лет те компании, которые бы пошли на увеличение оплаты труда на 10% сотрудникам, зарабатывающим меньше минимальной заработной платы. В представлении лидера RN, «пришло время платить за работу». Она подчеркивала, что росту заработной платы в стране «слишком долго препятствовала иммиграция, которая её постоянно снижала».
 
Ещё одно популярное предложение М. Ле Пен – снижение пенсионного возраста. В настоящее время во Франции выход на пенсию возможен, начиная с 62 лет. При этом администрация Э. Макрона, в рамках проведения пенсионной реформы, подготовила проект повышения пенсионного возраста до 64 лет. Из-за противодействия профсоюзов и общественности, реализация данной инициативы была отложена на неопределенный срок. М. Ле Пен выступала не только решительно против потенциального повышения возраста выхода на пенсию до 64 лет, но и за снижение текущей планки в 62 года. По её мнению, пенсия во Франции должна начинаться с 60 лет.
 
К числу предложений, способных получить широкую поддержку у избирателей относился и проект «национализации автомагистралей». Он перекликался с рядом предыдущих инициатив М. Ле Пен. Ранее она уже выступала, в частности, за национализацию банковского сектора. Кроме того, данная идея созвучна предложениям «жёлтых жилетов». Последние в ходе уличных акций 2018-2019 гг. выступали за национализацию энергетического сектора, банковской системы страны и автомагистралей. В представлении лидера RN дороги – это элементы стратегической инфраструктуры Франции. И они должны находиться в введении государства и быть общедоступными.
 
д) Экономический трек
 
Глава RN участвовала в президентской кампании с амбициозной экономической программой. Она строилась на экономическом патриотизме, протекционизме и поддержке ведущих производственных секторов экономики. М. Ле Пен, в частности, выступала в поддержку развития атомной промышленности и энергетики. Причем она подчеркивала последовательность своей позиции по данному вопросу, особенно в сравнении с точкой зрения Э. Макрона. По её словам, последний, в угоду зелёным, большую часть свой легислатуры занимался целенаправленным разрушением отрасли, ослабляя её производственный потенциал и закрывая АЭС. А когда настало время идти на переизбрание он, стараясь угодить избирателям правого центра, вдруг заговорил о необходимости развития мирного атома. Лидер же RN всё время поддерживает данную отрасль и свою позицию не меняла.
 
В число приоритетных для М. Ле Пен секторов экономики входило и сельское хозяйство. За счёт поддержки французских производителей, стимулирования производства, борьбы с недобросовестной конкуренцией и повышением автономии Парижа от Брюсселя, она обещала вернуть Франции статус ведущей европейской сельскохозяйственной державы. Как отмечала лидер «Национального объединения» сильное сельское хозяйство – залог продовольственного суверенитета и безопасности страны.
 
С точки зрения расстановки приоритетов в своей предвыборной платформе целью номер один для себя М. Ле Пен ставила решение проблемы нелегальной иммиграции. В случае избрания главой государства она первым делом обещала провести референдум по новому миграционному законодательству. Также на старте легислатуры она намеревалась создать правительство национального единства и подготовить программу развития страны, отвечающую интересам широких слоёв населения. После этого планировалось провести национализацию отдельных секторов экономики и запустить процесс развития её наиболее важных производственных отраслей.
 
3.2. Особенности предвыборной платформы лидера RN.
 
Содержание предвыборной платформы М. Ле Пен говорит о том, что стратегическая задача по смещению в центр была ею выполнена. В реалиях гонки 2021-22 г. лидер RN выступала в качестве политического деятеля, близкого к правому центру. Определенные элементы, характерные для крайне правого фланга в её платформе оставались. Но основа программы, предлагаемой избирателям, была построена преимущественно вокруг правоцентристской системы приоритетов.
 
Ещё одна особенность программы лидера «Национального объединения» - перехват у левых части их тезисов и идей. Такие предложения, как национализация автомагистралей, снижение пенсионного возраста, повышение минимальной зарплаты, организация бесплатного проезда для рабочих и студентов и пр. вызывают прямые аналогии с позицией «Непокорённой Франции» и других левых игроков.
 
Для М. Ле Пен в этом нет ничего особенного. В кампании 2017 г. она также активно использовала идеи и предложения из арсенала левого фланга. Более того, её экономическая платформа оказалась во многом созвучна взглядам французских левых. Подобный подход в руководстве RN расценили как успешный. И он снова использовался в реалиях 2021-22 гг. С одной стороны, такая линия продиктована электоральными запросами – она обеспечивает расширение числа сторонников. С другой, указывает на идейно-политическую гибкость лидера RN, не замыкающейся в условиях гонки на правых и правоцентристских взглядах.
 
Интересный технический нюанс предвыборной программы М. Ле Пен. Она получила официальное название «22 мероприятия на 2022 год» (22 mesures pour 2022). В ней были перечислены 22 первоочередных шага по преобразованию страны, которые лидер RN планировала сделать сразу после избрания главой государства. По срокам эти мероприятия должны были быть проведены или уже в течение 2022 г. или начаты в первый год президентской легислатуры М. Ле Пен. Декларация подобной оперативности должна была, прежде всего, подчеркнуть разницу между «готовой к действию» лидером RN и «обещающим, но не выполняющим» Э. Макроном. Плюс, её можно рассматривать как декларацию намерений для «народного электората», часто стремящегося увидеть результаты работы политика в ограниченные временные сроки.
 
3.3. Предвыборное позиционирование М. Ле Пен и основные слоганы её кампании.
 
Внешней производной от смещения в центр стало позиционирование М. Ле Пен как умеренного и респектабельного политика. В ходе президентской кампании радикальные политические идеи и предложения либо отошли на второй план, либо приобрели более сдержанное оформление. Приоритет был отдан более умеренной риторике, близкой к дискурсу, формируемому политическими игроками правого центра.
 
Так, стала более нейтральной позиция М. Ле Пен по поводу членства Франции в Евросоюзе – на смену однозначного неприятия ЕС пришла идея расширения суверенитета национальных государств в рамках единой Европы. Глава RN смягчила позицию по ряду экономических и социальных вопросов. Её предвыборная платформа стала более социально ориентированной.
 
Давая предварительную оценку позиционированию М. Ле Пен в предвыборной кампании, её штаб в декабре 2021 г. отмечал, что выбранная модель соответствовала поставленным задачам. Лидер RN представал перед избирателями и СМИ, с одной стороны, как «спокойный и ответственный» политик, а с другой – как игрок, строящий предвыборную работу в умеренном ключе, лишенном излишнего радикализма. Как отмечала по этому поводу сама М. Ле Пен, «я буду вести кампанию в предельно спокойной манере».
 
В этот же тренд укладывалось и стремление М. Ле Пен закрепить за собой и своей партией статус второй политической силы в стране. В случае с ней самой подобная репрезентация вполне уместна. Лидер RN де-факто является второй по величине фигурой во французской политике, что закрепили результаты президентских выборов 2017 и 2022 гг. А вот заявления о том, что «Национальное объединение» - «вторая партия Франции», уступающая только проекту Э. Макрона «Вперёд, Республика!», звучали как явный аванс. По итогам парламентских выборов 2017 г. Национальный фронт получил в нижней палате парламента лишь 8 мандатов, заняв в общем зачёте шестую строчку. Претензию на статус второго игрока на партийном поле RN ещё предстоит подтвердить или опровергнуть на парламентских выборах.
 
Заявка на статус второй политической силы находила воплощение в предвыборном действии. Турне М. Ле Пен по стране в рамках избирательной кампании обставлялись как рабочие поездки видной политической фигуры, претендующей на президентский пост. Не менее статусно были организованы и её зарубежные визиты. Так, 25 октября 2021 г. М. Ле Пен посетила Будапешт. В столице Венгрии она провела переговоры с премьер-министром страны Виктором Орбаном, а также выступила на мероприятии правящей партии «Фидес - Венгерский гражданский союз» (Fidesz – Magyar Polgári Szövetség). Французские СМИ обратили внимание на то, что венгерская сторона принимала лидера RN на уровне действующего главы государства.
 
Претенциозные декларации и позиционирование М. Ле Пен ориентировались преимущественно на правоцентристского избирателя и должны были закрепить в его представлении тот факт, что глава RN - видный и влиятельный политик, по своему весу мало в чём уступающий Э. Макрону.
 
В этом плане далеко не случайно обращение М. Ле Пен к теме свободы. На предвыборных митингах она провозглашала обеспечение свободы одним из базовых принципов своей предвыборной программы. Фраза «Свободы, заветные свободы» (Libertés, libertés chéries) стала одним из основных слоганов кампании главы RN. Она была позаимствована из текста гимна Франции, «Марсельезы». По словам М. Ле Пен, в случае её избрания президентом, французы должны были получить «государство, которое будет дорожить свободами». Прежде всего, базовыми гражданскими правами и свободами, которые, по мнению лидера RN, оказались под угрозой в период действия в республике ограничений из-за пандемии коронавируса. Себя она, в этом контексте, поспешила объявить будущим «президентом свободных французов» (présidente des libertés françaises).
 
В обращении к теме свободы прослеживается два аспекта. С одной стороны, это использование постулата, базового для современной французской политической системы. Лозунг защиты гражданских свобод понятен всем избирателям, включая сторонников правого центра. Здесь М. Ле Пен пыталась перехватить идею, регулярно обыгрываемую в предвыборных кампаниях практически всех французских политиков.
 
С другой стороны, подобный акцент учитывал актуальную общественно-политическую повестку, сформированную пандемией. Он ориентировался на общественные круги, недовольные ограничениями свобод, вызванными Covid-19, вакцинацией от коронавируса и появлением «зелёных паспортов» (был отменен 14 марта 2022 г., так же, как и большинство антиковидных ограничительных мер). В представлении М. Ле Пен введение санитарных пропусков явилось «непропорциональной атакой на свободу». Глава RN при этом подчеркивала, что выступает не против вакцинации как таковой, а «за свободу вакцинации», когда каждый сам вправе решать, прививаться ему или нет.
 
Из обещания свободы и обыгрывания темы свободы в предвыборном слогане кампании вытекало, что М. Ле Пен поддерживает «равенство» и «братство» - два других базовых термина французского республиканизма и девиза Пятой республики. А это ещё одно свидетельство игры на поле правоцентристов. Последние делают регулярные отсылки к базовым идеям государственного строя как основе своей политической позиции. В этом плане далеко не случайно, что, партийный проект неоголлистов, пришедший в 2015 г. на смену «Союзу за народное движение» (Union pour un mouvement populaire - UMP) получил название «Республиканцы».
 
Ещё одним из ключевых слоганов кампании М. Ле Пен было выражение «Время пришло» (Le temps est venu). Оно отсылало к амбициям лидера «Национального объединения». Выборы 2022 г. стали для неё третьими по счёту. До них она принимала участие в борьбе за пост президента в 2012 и 2017 г. В этом контексте М. Ле Пен является одним из старожилов текущей избирательной гонки. Для её главного оппонента Э. Макрона это лишь вторые выборы, а для Э. Земмура и В. Пекресс – и вовсе первые. В представлении главы RN и её штаба, их политическое время пришло. Именно в 2022 г. они должны были со всей серьёзностью поставить вопрос о своих претензиях на власть.
 
Формальное дистанцирование от RN позволило М. Ле Пен с самого начала кампании позиционировать себя на встречах с избирателями как «кандидат от французов» (candidate des Français). То есть как кандидат, стоящий над партийными предпочтениями и способный сплотить население страны. Подобный ход прямо вытекал из самого факта временного сложения ею полномочий главы «Национального объединения». Кроме того, здесь налицо прямо повторение практики 2017 г. Как уже отмечалось выше, тогда перед вторым туром голосования М. Ле Пен также выступала в статусе «кандидата от французов».
 
3.4. Факторы укрепления электорального результата лидера «Национального объединения».
 
Несмотря на итоговое поражение во втором туре голосования, в кампании М. Ле Пен содержался ряд факторов, обеспечивших ей укрепление электорального результата в сравнении с выборами 2017 г. Часть из них задавались просчётами, допущенными действующим главой государства и его администрацией. Другие были прямыми производными от предвыборных усилий самой М. Ле Пен и содержательных аспектов её позиционирования.
 
Один из моментов, укреплявших позиции лидера RN, был связан с позиционированием Э. Макрона на международной арене, основанным на практике покаяний и извинений. За время своего правления действующий глава государства прямо или косвенно успел извиниться за геноцид в Руанде, перед Алжиром как страной, перед алжирцами, служившими во французской армии в 1950-1960-х гг., африканцами и пр.
 
Так, в случае с Алжиром действующий президент признал ответственность Франции за преступления времен Алжирской войны. При этом с санкции Э. Макрона глава МВД страны Жеральд Дарманен, находясь с визитом в Алжире, возложил венок к памятнику погибшим бойцам «Фронта национального освобождения» (Front de libération nationale – FLN). Последние считаются во Франции террористами. Также лично Э. Макрон стал первым главой республики, официально признавшим вину французской полиции за подавление антивоенных выступлений алжирских рабочих у парижского моста Сен-Мишель в 1961 г.
 
Практика покаяний и извинений вызывает весьма неоднозначную реакцию во французском обществе. В нём, в частности, определенную остроту сохраняет Алжирская тема. В республике есть довольно внушительное сообщество французов, ранее проживавших в Алжире (т.н. «черноногих»), и их потомков. Они были вынуждены покинуть Северную Африку после подписания в марте 1962 г. Эвианских соглашений, завершивших Алжирскую войну и санкционировавших независимость Алжира, который до этого считался не колонией, а неотъемлемой частью Франции.
 
М. Ле Пен активно играла на спорном характере подхода Елисейского дворца к внешнеполитической тематике. В её представлении, Э. Макрон подорвал уважение к Франции со стороны мирового сообщества. В своих публичных заявлениях лидер RN подчеркивала, что восстановит «авторитет Франции на международной арене». По её словам, «покаяния становятся для Эммануэля Макрона работой на полную ставку, что невыносимо». М. Ле Пен при этом отмечала, что «французы больше не могут этого терпеть». Не оставался без её внимания и алжирский трек. По мнению лидера RN, за годы своего правления Э. Макрон по теме Алжира «зашёл слишком далеко» и «сделал то, чего не должен был делать».
 
Сильной стороной М. Ле Пен являются показатели её медийности. Для политика характерен высокий уровень присутствия в СМИ. Согласно проводившемуся с 2018 по 2020 г. исследованию о представленности французских парламентариев в прессе, глава RN – лидер по совокупному времени выступлений (он составил 197 часов). Причем по этому показателю она оставляет далеко позади всех остальных депутатов Национальной ассамблеи (примечательно, что в первой десятке нет ни одного парламентария от «Республиканцев»).
 
С точки зрения уровня медиатизации М. Ле Пен находится примерно на одной отметке с Э. Макроном. Можно сказать, что они – два самых заметных французских политика в информационном поле. Причем если Э. Макрон делает ставку на постоянную представленность посредством регулярных заявлений и высказываний по всем вопросам общественно-политической повестки, то М. Ле Пен отличают выступления только по важным темам, что больше характерно для главы государства.
 
Медийные возможности позволяют главе RN конкурировать с Э. Макроном на равных. Елисейский дворец вынужден мириться с тем, что М. Ле Пен обладает уровнем присутствия в СМИ, сопоставимым с показателями президента. В реалиях избирательной кампании 2021-22 гг., возможность быть регулярно представленной в прессе, полемизировать с Э. Макроном стала дополнительной основой для укрепления позиций лидера «Национального объединения» и напрямую отразилась на её итоговом результате.
 
Ещё одна сильная сторона кампании М. Ле Пен - персонификация критики действующего президента. Курс, проводимый Э. Макроном с 2017 г., вызывает противоречивую реакцию во французском обществе. Ряд принятых им инициатив натолкнулся на широкое общественное недовольство. В 2018-2019 гг. очередное повышение правительством цен на топливо привело к затяжным протестным акциям движения «Жёлтых жилетов». А в 2021 г. введение Елисейским дворцом санитарных пропусков спровоцировало серию анти-ограничительных выступлений. В обоих случаях акции против политики кабинета Э. Макрона поддерживались широкими слоями населения.
 
Жесткая риторика в отношении главы Елисейского дворца - важный элемент предвыборной линии М. Ле Пен. Э. Макрон определялся ею не иначе как «могильщик национальных интересов». Критике были подвергнуты его основные электоральные инициативы, включая предвыборную программу «Франция 2030». Как отметила по поводу презентации программы М. Ле Пен, представляя свой план, Э. Макрон «похоронил всю политическую линию, которую проводил на посту президента с 2017 г.». Лидер RN четко обозначала основные направления критики главы государства. Это рост цен на бензин и энергоносители, проблема безопасности и иммиграция.
 
В свою очередь мерой противодействия возросшей популярности других политиков правого фланга, включая Э. Земмура, выступал акцент М. Ле Пен на предметность своей предвыборной платформы. Она отмечала, что писатель и журналист – новичок в большой политике. Его текущие предвыборные усилия во многом построены на искусной риторике и умении полемизировать. Серьезной политической программы у Э. Земмура нет в силу объективного отсутствия политического опыта. А целый ряд его предложений обыгрывали инициативы, уже сформулированные ранее другими политиками и, в первую очередь, лидером RN.
 
В таких условиях М. Ле Пен старалась делать упор как тему своего политического профессионализма, так и куда более содержательного взгляда на решение проблем, стоящих перед республикой. В частности, комментируя в одном из интервью тему иммиграции М. Ле Пен заметила, что предложения Э. Земмура не привносят ничего принципиально нового в её вариант решения данной проблемы.
 
Наконец, ещё одна сильная сторона кампании М. Ле Пен - организация её предвыборной повестки. Она основывалась не только на масштабном присутствии в СМИ, но и на регулярных визитах в регионы. Основным событием последних всегда выступали митинги или встречи с избирателями. Старт серии предвыборных турне положила поездка М. Ле Пен в г. Фрежюс в регионе Прованс - Альпы - Лазурный берег, состоявшаяся 12 сентября 2021 г. С этого времени лидер RN регулярно посещала различные точки на карте Франции, поддерживая прямую коммуникацию с избирателями.
 
Полевая активность М. Ле Пен разительно отличала её от Э. Макрона. Последний довольно активен в том, что касается поездок по стране. Но до официального оглашения своих планов на переизбрание все они носили характер рабочих визитов главы государства и формально подчинялись вопросам внутренней и внешней политики. Электорально-политическое значение таких поездок было ограничено. Для проведения полноценной серии предвыборных турне Э. Макрон смог использовать лишь немногим больше одного месяца – с начала марта по начало апреля 2022 г. и период между двумя турами голосования в апреле.
 
Фактор региональных поездок как едва ли не основного компонента предвыборной гонки сложно переоценить. Это хорошо иллюстрирует опыт бывшего президента США Дональда Трампа в ходе президентской кампании 2020 г. К лету 2020 г. действующий тогда глава Белого дома столкнулся с серьезным ослаблением рейтинга. В свою очередь, Демократическая партия определилась со своим номинантом, которым стал Джозеф Байден. Рейтинг последнего оказался выше, чем у Д. Трампа. Для преодоления негативной для себя тенденции глава Белого дома сделал ставку на живое общение с избирателями. Первые шаги в этом направлении последовали ещё в августе. Но реально развернуть турне по штатам удалось только с сентября. Коррективы в график поездок внесла пандемия коронавируса, которым переболел и сам президент. С 3 сентября по 2 ноября 2020 г. Д. Трамп провёл 60 митингов и встреч с избирателями в разных штатах страны. Часто в течение одного дня он участвовал сразу в нескольких предвыборных мероприятиях.
 
Эффект от полевых усилий президента-республиканца не заставил себя ждать. Ему удалось заметно улучшить свои электоральные позиции. Отставание от Дж. Байдена к ноябрю 2020 г. стало минимальным. Укрепилось положение Д. Трампа и в колеблющихся штатах. Начало фиксироваться «расхождение» рейтингов, когда одни социологические службы отдавали предпочтение ему, а другие - его демократическому оппоненту. Ставка на затяжное турне по штатам себя оправдала. Если бы не её поздний старт, у Д. Трампа были неплохие шансы на то, чтобы опередить Дж. Байдена в борьбе за президентский пост.
 
Глава IV. Новые игроки на правом фланге. Э. Земмур и фактор военной оппозиции
 
4.1. Нереализованная заявка военной оппозиции на участие в избирательной гонке.
 
Весной 2021 г. бурный резонанс во французской политической жизни вызвала серия открытых писем офицеров армии и полиции, адресованных президенту Э. Макрону. Два послания военных были обнародованы в журнале Valeurs Actuelles 21 апреля и 9 мая соответственно. Открытое письмо полицейских увидело свет 11 мая. Впервые с 1980-х гг. вооруженные силы и правоохранительные органы Франции обозначили своё резко негативное отношение к общественно-политической ситуации, сложившейся в стране.
 
По форме и содержанию открытые письма показали стремление офицерского корпуса к прямой политической конфронтации с Э. Макроном. Особенно характерно, в этот плане, первое письмо, подписантами которого стали преимущественно отставные офицеры. Оно было обнародовано в день 60-й годовщины Путча генералов во Французском Алжире. 21 апреля 1961 г. группа из четырёх генералов предприняла в г. Алжир попытку вооруженного выступления против тогдашнего президента страны Шарля Де Голля. В эту группу входили Морис Шалль, Эдмон Жуо, Андре Зеллер и глава ОАС Рауль Салан. Приурочив своё послание к этой дате, французские офицеры дали понять, что готовы к открытому противостоянию с Елисейским дворцом.
 
Второе письмо военных было анонимным. Но его авторами выступили действующие военнослужащие ВС республики. Оно стало ответом на жесткую критику властями страны подписантов первого послания. Против отставных генералов и офицеров резко высказались министр обороны Флоранс Парли, глава МВД Ж. Дарманен и др. Авторы второго письма, пожелавшие остаться неизвестными, озвучили прямые угрозы в адрес кабинета Э. Макрона. Тем самым офицерский корпус прямо обозначил формат своего отношения к действующему правительству страны.
 
Письма военных многие во французском обществе восприняли как сигнал выхода генералитета на политическую сцену с претензией на власть. Возникли предположения о том, что офицерский корпус в лице своего оппозиционного звена примет деятельное участие в борьбе за пост президента на выборах 2022 г. В качестве сценариев подобного участия назывались публичная поддержка одного из политиков от правого фланга (в этом качестве рассматривалась, прежде всего, М. Ле Пен), либо выдвижение своего кандидата из числа ушедших в отставку генералов.
 
При этом основания для второго сценария появились ещё до появления открытых писем. В июле 2020 г. о своём намерении участвовать в президентской кампании объявил генерал ВВС Антуан Мартинез. С 2016 г. он занимает пост президента небольшой партии «Волонтёры ради Франции» (Volontaires pour la France), созданной в 2015 г. Весной 2021 г. А. Мартинез вошёл в число подписантов первого письма. А в июне 2021 г. свои политические амбиции озвучил генерал Дидье Тозен. Политический актив последнего - движение «Восстановить Францию» (Rebâtir la France), возникшее в 2015 г.
 
Д. Тозен обладает определенным политическим опытом. Он уже пытался принять участие в президентской гонке. В мае 2016 г. генерал анонсировал своё желание побороться за кресло в Елисейском дворце на выборах 2017 г. Но стать полноценным кандидатом на пост главы государства у него, в итоге, не получилось. В ходе подготовки к кампании Д. Тозен не смог собрать в свою поддержку подписи 500 выборных должностных лиц.
 
Осталась без какой-либо внятной реализации резонансная заявка военной оппозиции и в кампании 2021-2022 гг. А. Мартинез выдвинул свою кандидатуру на пост главы государства. Но не смог набрать необходимого числа подписей для официального выдвижения. В его пользу высказалось всего лишь 13 должностных лиц. В свою очередь Д. Тозен и вовсе ограничил свои амбиции пустой декларацией в СМИ. Реальным кандидатом на пост главы государства он не стал и сбора подписей не проводил.
 
Против военной оппозиции сказалось много факторов. В их числе отсутствие необходимых для проведения избирательных кампаний финансовых ресурсов, низкая узнаваемость её представителей в обществе, разобщённость (генералы разделены на несколько группировок), отсутствие заметного политического опыта. Немаловажно и то, что военная оппозиция оказалась неспособна создать сильный партийный проект. Актуальное партийное строительство, ведомое выходцами из офицерского корпуса, берет своё начало в 2015 г. Но за это время ни одна из партий, связанных с генералитетом, не смогла добиться сколько-нибудь заметных результатов ни на региональном, ни на республиканском уровне.
 
Значение военной оппозиции для президентской кампании 2021-22 гг. сводится к следующему. Во-первых, своими открытыми письмами она показала, что одной из ключевых проблем для французского общества является миграция. И нерешаемость этой проблемы властями воспринимается военными как предпосылка для потенциальной гражданской войны. Во-вторых, у части населения республики сложился устойчивый запрос на сильного политического лидера, способного решить скопившиеся в стране вопросы. И таким лидером может стать либо правый политик, либо военный. В-третьих, настроения ряда категорий французского электората всё больше радикализируются. Их больше не устраивают засилье умеренных центристских политиков. Они готовы поддерживать фигуры, призывающие к решительным действиям.
 
4.2. Сильные политические фигуры правого лагеря на старте борьбы за президентский пост.
 
Одной из отличительных черт президентской кампании 2021-22 гг. стало ощутимое укрепление субъектного потенциала правого фланга. Помимо М. Ле Пен у правого лагеря появилось сразу несколько сильных фигур, каждая из которых была в состоянии побороться за президентский пост. По уровню свой электоральной поддержки они оказались не политическими «карликами», а имели все основания войти в число лидеров гонки. Интрига заключалась лишь в их выдвижении кандидатами в президенты.
 
Показательно, что все новые правые игроки, альтернативные М. Ле Пен, не являлись профессиональными политиками. И до президентской кампании 2021-22 гг. не участвовали в электоральных процедурах. Не были связаны они и с какими-либо партиями и политическими движениями. Но зато имели довольно высокий уровень медийности и на протяжении последних лет проявляли публичный интерес к общественно-политическим процессам, протекавшим в стране.
 
Один из них – журналист, полемист и писатель Эрик Земмур, другой – генерал армии, бывший начальник Генерального штаба ВС Франции Пьер де Вилье. Э. Земмур тяготеет к традиционному крайне правому флангу. По своим взглядам он находится значительно правее М. Ле Пен. В этом отношении писатель ближе к отцу действующего лидера RN, Ж.-М. Ле Пену. П. де Вилье относится к умеренным правым. Его взгляды близки к позиции родного брата, бывшего лидера «Движения за Францию» (Mouvement pour la France - MPF) Филиппа де Вилье. На правом фланге он расположился левее М. Ле Пен, но правее Н. Дюпон-Эньяна.
 
Первые симптомы того, что на правом фланге возникла сильная фигура в лице Э. Земмура, были зафиксированы в феврале 2021 г. 18 февраля Ifop опубликовал исследование, посвященное потенциальному выдвижению журналиста на пост главы государства. Согласно нему, за Э. Земмура были готовы проголосовать 13% опрошенных. На тот момент это был четвёртый результат в общем зачёте. Журналист и писатель уступал только Э. Макрону, М. Ле Пен и неоголлисту Ксавье Бертрану, находясь на одной строчке с Ж.-Л. Меланшоном. По сравнению с октябрем 2015 г. (когда Ifop замерял его рейтинг в предыдущий раз) уровень популярности Э. Земмура вырос на 1%. Тогда его были готовы поддержать 12% респондентов.
 
В этот же период обозначились возможности Э. Земмура по перехвату сторонников у ведущих политиков страны. Из числа тех, кто проголосовал за М. Ле Пен на президентских выборах 2017 г. его были готовы поддержать 22%. Также журналист отбирал часть голосов у неоголлистов. Среди тех, кто отдал в 2017 г. свои голоса за Ф. Фийона его поддерживали 23%. Примечательно, что среди сторонников писателя оказалось ещё и 7% от тех, кто в 2017 г. высказался в пользу Э. Макрона. Э. Земмур вышел за рамки правого фланга, распространив влияние на центр.
 
Наличие солидного политического потенциала у П. де Вилье было зафиксировано в ноябре 2020 г. Институт Ifop, совместно с журналом Valeurs Actuelles, провёл исследование его рейтинга, результаты которого были обнародованы 19 ноября 2020 г. Согласно опросу, за бывшего начальника Генштаба в первом туре были готовы проголосовать 20% респондентов. Это показатель третьего места. Для сравнения, по данным Harris-Interactive от 5 июля 2021 г., рейтинг Э. Макрона для первого раунда голосования составлял 24-26%, а М. Ле Пен - 22-26%.
 
Как и Э. Земмур П. де Вилье был способен перехватить определенную часть избирателей своих потенциальных оппонентов. Причем со всех политических флангов. По данным всё того же опроса Ifop, среди потенциальных избирателей П. де Вилье 15% на президентских выборах в 2017 г. проголосовали за Ж.-Л. Меланшона, 5% отдали свои голоса за тогдашнего кандидата от Социалистической партии Б. Амона. Среди проголосовавших в 2017 г. за Э. Макрона поддержать П. де Вилье на новых выборах были готовы 12%, среди сторонников бывшего кандидата от «Республиканцев» Ф. Фийона – рекордные 41%. Наконец, из числа проголосовавших на выборах 2017 г. за М. Ле Пен о готовности поддержать П. де Вилье заявили 29%.
 
Интерес к фигуре генерала возрос в мае 2021 г., сразу после публикации в журнале Valeurs Actuelles открытых писем офицеров армии, адресованных Э. Макрону. И хотя П. де Вилье не поставил свою подпись под первым посланием, он воспринимался общественностью как главный представитель военной оппозиции, потенциально готовый принять участие в избирательной гонке. Этому способствовала и медийная активность его брата, Ф. де Вилье, выступавшего в СМИ (включая журнал Valeurs Actuelles) со статьями и комментариями, развивавшими идеи открытого письма военных. Действия Ф. де Вилье можно было интерпретировать как «разогрев» будущей кампании его брата генерала.
 
Дальнейшее развитие событий показало, что из двух потенциально сильных фигур правого фланга, способных побороться за голоса избирателей, решимость сделать шаг в реальную политику нашлась лишь у Э. Земмура. У наиболее видной фигуры французского генералитета такой решимости не нашлось. П. де Вилье опосредованно намекал на возможность участия в политической жизни с момента своей отставки в 2017 г. Причем участие в конкуренции за кресло в Елисейском дворце негласно подразумевалось. Однако в итоге свои политические амбиции на практическом уровне он так и не обозначил и участие в президентской гонке не принял.
 
4.3. Электоральная динамика Э. Земмура в президентской гонке.
 
На фоне политического молчания военной оппозиции Э. Земмур постепенно наращивал свой политический вес без официального вступления в гонку. С февраля и вплоть до середины сентября 2021 г. его рейтинг был сравнительно небольшим и не демонстрировал сильной тенденции к росту. Так, согласно опросу Ifop от 9 июня, его поддерживало 5,5% опрошенных. В свою очередь по данным исследования Ipsos от 22 августа, за него было готово проголосовать 7%.
 
Ситуация серьезно изменилась во второй половине сентября – начале октября 2021 г. Именно в этот период уровень поддержки Э. Земмура стал демонстрировать устойчивый рост. По данным исследования Harris-Interactive от 21 сентября за журналиста и писателя были готовы проголосовать 11% опрошенных. Опрос Ipsos от 1 октября показал, что Э. Земмура поддерживает уже 15% респондентов. Наконец, согласно исследованию Ifop от 2 октября уровень его популярности (в зависимости от оппонентов, представляющих «Республиканцев») колебался в диапазоне 12-15%.
 
В сентябре стала очевидной экспансия журналиста и писателя на крайне правом фланге и в правом центре. По данным Ifop от 13 сентября, среди тех, кто голосовал в 2017 г. за М. Ле Пен его были готовы поддержать 29%. Из числа проголосовавших за Ф. Фийона Э. Земмура поддерживало 27%. Число своих симпатизантов он расширил даже в левом центре. Среди тех, кто в 2017 г. отдал свой голос за Э. Макрона, Э. Земмура поддерживали 14%, то есть на 7% больше, чем в феврале.
 
На этом фоне начались колебания рейтинга у М. Ле Пен. По данным опроса Ifop от 2 октября, уровень поддержки лидера RN снижался в тех случаях, когда в числе кандидатов присутствовал Э. Земмур. Без него М. Ле Пен могла рассчитывать на 23-25% опрошенных. С Э. Земмуром её рейтинг опускался до 18-21%. Аналогичную тенденцию зафиксировало и исследование Ipsos от 1 октября. Без Э.Земмура М. Ле Пен поддерживало 25-26% респондентов. С Э. Земмуром уровень поддержки лидера RN снижался до 16-17%. Получалось, что писатель был способен отобрать у лидера RN примерно от 5 до 10% голосов.
 
В октябре 2021 г., то есть ещё до официального выдвижения кандидатом в президенты, Э. Земмур стал претендентом на вторую строчку, потеснив с неё М. Ле Пен. В этот период впервые фиксируется его превосходство над лидером RN. Согласно опросу Harris-Interactive от 6 октября, за писателя были готовы проголосовать 17-18%, тогда как за М. Ле Пен 15-16%. Э. Макрон при этом сохранял за собой первое место с 24-27%. В последующем периоды, когда Э. Земмур опережал М. Ле Пен, стали регулярными. Однако рост его популярности при этом прекратился, остановившись на показателях 17-18%.
 
Взлёт рейтинга Э. Земмура не в последнюю очередь объяснялся его деятельным присутствием в информационной поле. Причем в контексте президентской кампании. И оно резко возросло с начала осени 2021 г. В частности, полемист принял участие в ряде телевизионных дебатов с политиками, уже официально выдвинувшимися на пост президента. Дискутируя по вопросам предвыборной кампании, он в то же время выступал без официального статуса её участника.
 
Развить первоначальный успех на электоральном поле Э. Земмур не смог. Во второй половине ноября 2021 г. его рейтинг сначала остановился, а затем начал постепенное снижение. В конце ноября он составлял 13-15%. Конкуренция с М. Ле Пен за вторую строчку стала всё более эпизодической. В то же время регулярным для Э. Земмура оказалось третье место.
 
Не повлияло на позиции писателя и официальное выдвижение кандидатом на пост главы государства, состоявшееся 30 ноября 2021 г. Тщательно отрежессированная церемония, сделанная в стилистике обращения к французам Шарля Де Голля 18 июня 1940 г., не смогла кардинально переломить тренд на снижение рейтинга. В декабре 2021 – январе 2022 г. уровень поддержки Э. Земмура продолжил снижение, застыв в пределах 12-14%. Теперь, после появления в кампании В. Пекресс как официального кандидата от «Республиканцев», он оказался вытеснен на четвёртую строку.
 
К первому туру голосования Э. Земмур подошёл с рейтингом, заметно снизившимся по сравнению с январём 2022 г. Он составлял 8-9%. О конкуренции с М. Ле Пен за вторую строчку речи уже не шло. Более того, писатель опустился на четвёртое место, пропустив вперёд Ж.-Л. Меланшона. В опасной близости от него находилась В. Пекресс. Располагаясь на пятой позиции, она сохраняла шансы на борьбу за четвёртое место. Для дебютанта французской политической сцены это был более чем солидный результат. Но, учитывая статус политического феномена, который полемист приобрёл благодаря резкому росту популярности осенью 2021 г., итоговое положение перед выборами оказалось далеко от первоначальных авансов. 
 
В то же время даже с таким уровнем поддержки Э. Земмур создавал сложности для М. Ле Пен. У лидера RN он отбирал примерно 6-7% голосов. Безусловно, в число сторонников писателя и полемиста входят приверженцы разных политических взглядов. Но не менее половины из них всё равно приходилось на бывших симпатизантов М. Ле Пен.
 
4.4. Значение Э. Земмура для французского правого лагеря.
 
Для французского правого лагеря появление игроков, способных стать альтернативой М. Ле Пен, безусловно, имеет позитивное значение. Впервые с 2002 г. у правых оказалось сразу два политических деятеля, готовых по-настоящему бороться за власть. Тогда кроме Ж.-М. Ле Пена на правом фланге выступали ещё два игрока - Жан Сен-Жосс и Брюно Мегре (оба – левее лидера Национального фронта). Но они не относились к категории тяжеловесов и не воспринимались как серьезные участники президентской гонки. В кампании 2022 г. речь шла о полноценной борьбе правых за кресло в Елисейском дворце. И М. Ле Пен с Э. Земмуром входили в число лидеров кампании. Лидер RN заняла по её итогам вторую строчку, а дебютант – четвёртую.
 
При этом вскоре после выдвижения кандидатом в президенты, Э. Земмур инициировал создание своего собственного партийного проекта. Он был создан на базе движения «Друзья Эрика Земмура» (Les Amis d'Éric Zemmour) и получил название «Реконкиста» (Reconquête). Учредительный съезд новой партии состоялся 5 декабря 2021 г. Не вызывает сомнений, что «Реконкиста» примет участие в выборах в Национальную ассамблею.
 
Борьба М. Ле Пен и Э. Земмура за президентский пост, вместе с будущим участием «Национального объединения» и «Реконкисты» в парламентской кампании - свидетельства того, что правые становятся всё более осязаемой силой во французской политике. Это уже не одна М. Ле Пен, против которой в реалиях президентской гонки легко консолидировать сторонников центра, правого центра и левого крыла, а сразу два политика, совокупно набравшие в первом туре голосования 30,22%. Для сравнения, Э. Макрона в этом же раунде выборов поддержало 27,85% избирателей.
 
Но непосредственно для М. Ле Пен участие в гонке Э. Земмура содержало вполне очевидные вызовы. Задача лидера RN всегда заключалась в том, чтобы добиться консолидации базового правого электората. Такая консолидация – одна из слагаемых успешного выступления в гонке. Появление справа ещё одного сильного игрока привело к том, что часть традиционных сторонников правых отдало в первом туре свои голоса ему, а не М. Ле Пен. В результате по итогам первого раунда лидер RN отстала от Э. Макрона на 4,7%. А могла либо свести это отставание к минимуму, либо и вовсе выйти в лидеры гонки.
 
4.5. Феномен популярности Э. Земмура.
 
Феномен популярности Э. Земмура, резко укрепившейся за один год, продиктован несколькими причинами. Во-первых, к кампании 2021-22 гг. во французском обществе увеличилась усталость от профессиональных и «наследственных» политиков. Одни и те же лица, пребывающие на политическом Олимпе республики с начала 2010-х гг., стали вызывать всё большее недовольство и недоверие. Прежде всего, из-за отсутствия качественных сдвигов в решении таких проблем как миграция, этническая преступность, социальное неравенство и пр. В подобных условиях всё более явным становился запрос на новые политические имена. И Э. Земмур стал главным ответом на него.
 
Во-вторых, непосредственно в правом лагере начала сказываться усталость от «вечно второй» М. Ле Пен. Выборы 2022 г. стали для неё третьими по счёту. Во французской политической практике три президентские кампании для одного игрока – довольно много. Как правило, ведущие партии предпочитают менять своих выдвиженцев на пост главы государства уже после первой неудачи.
 
У «Национального объединения» свои традиции. Здесь предпочитают делать ставку на многолетних лидеров. Например, Ж.-М. Ле Пен неизменно выдвигался от тогда ещё Национального фронта на президентских выборах в 1988, 1995, 2002 и 2007 гг. Но такой подход уместен, когда политик не относится к фаворитам гонки и не способен участвовать в реальной борьбе за Елисейский дворец. В случае же если он входит в когорту лидеров и борется за первую строчку, неизменность партийного кандидата может иметь и обратный эффект. Избиратели, поддержавшие его в ходе одного электорального цикла, и ставшие свидетелями поражения, могут отказать в своей поддержке в новой избирательной кампании.
 
В реалиях гонки 2021-22 гг. М. Ле Пен воспринималась как политик, способный пройти во второй тур, но обладающий ограниченным потенциалом для того, чтобы реально побороться за власть. С точки зрения результатов она достаточно легко превзошла показатели своего отца, но вопрос о выходе на качественно новый уровень оставался открытым до второго тура голосования 2022 г. Результаты, показанные М. Ле Пен на выборах 2012 г. и, особенно, 2017 г. закрепили за ней перманентный статус «второго игрока». Это открывало возможности для других представителей правого лагеря попробовать выступить «лучше М. Ле Пен» в борьбе за президентский пост.
 
В-третьих, в период с 2017 по 2022 гг. во Франции наметилась тенденция к политической радикализации электората, как вправо, так и влево. Публичным воплощением этого процесса стало движение «Жёлтых жилетов», активная фаза протестной деятельности которого продолжалась с ноября 2018 г. по март 2019 г. «Жёлтые жилеты» олицетворяли возросшее недовольство заметной части населения политикой Э. Макрона и его правительства. На президентских выборах радикализация с уклоном вправо нашла воплощение в поддержке избирателями М. Ле Пен и, в особенности, Э. Земмура. Крен влево воплотился в рекордном голосовании за кандидатуру Ж.-Л. Меланшона.
 
Рост правых настроений в обществе продиктован как сомнительными инициативами Э. Макрона в области социальной, тарифной и налоговой политики, так и неспособностью властей справиться с угрозой исламского экстремизма и терроризма, а также этнической преступностью. С 2018 г. во Франции произошло сразу несколько терактов и убийств, которые совершили радикальные исламисты и мигранты. По своим масштабам они, конечно, оказались несопоставимы с терактами в Париже 13 ноября 2015 г. и в Ницце 14 июля 2016 г., но тоже получили широкий резонанс.
 
В этом списке следует отметить поджог собора в Нанте в июле 2020 г., групповое убийство в базилике Нотр-Дам в Ницце в октябре 2020 г., убийство школьного учителя в Конфлан-Сент-Онорин, также в октябре 2020 г., убийство священника в департаменте Вандея в августе 2021 г. и др. Все эти эпизоды самым непосредственным образом отразились на настроениях рядовых французов, повлияв на трансформацию их политических взглядов.
 
Радикализация общества воплотилась в самой фигуре Э. Земмура, занимающего, по французским меркам, достаточно радикальную и жесткую политическую позицию. В отличие от М. Ле Пен, политик-дебютант на протяжении гонки не стремился смещаться в правый центр. Он придерживался убеждений, традиционных для крайне правого лагеря. В ходе президентских кампаний 1990-2000-х гг. вероятность того, что подобный игрок будет входить в потенциальный топ-5 участников гонки была равна нулю. Как правило, деятель крайне правого лагеря относился к числу аутсайдеров электорального состязания и выбывал после первого тура. Для французского электората подобные фигуры были слишком радикальны.
 
Например, на выборах 1995 г. наиболее близкий к Ж.-М. Ле Пен на правом фланге Филипп де Вилье занял по итогам первого раунда седьмое место из девяти возможных, набрав 4,74% голосов. А Жак Шеминад и вовсе оказался на последней строчке, получив лишь 0,28%. На выборах 2002 г. ещё один представитель правого крыла Б. Мегре занял по итогам первого раунда 12 место, набрав 2,34%. Результат близкого к правому центру Ж. Сен-Жосса оказался немногим лучше. Он расположился на 9 позиции с 4,23%.
 
Однако в реалиях кампании 2021-22 г. всё изменилось. Правые и крайне правые политики больше не воспринимаются избирателями как слишком радикальные, неприемлемые в статусе серьезных претендентов на пост главы государства. За них готовы отдавать голоса и активно поддерживать. Как следствие, таким политикам вполне по силам бороться за президентский пост, что и подтвердили результаты М. Ле Пен и Э. Земмура.
 
Из этого следует, что заметная часть французского электората заинтересована в правом лидере. В нём она видит человека, способного решить стоящий перед страной комплекс внутренних проблем и противоречий. Общественность ждёт твёрдого политика и как только он появится, сразу же его поддержит. Именно этим продиктован тот факт, что даже не обозначавший себя в контексте кампании П. де Вилье пользовался поддержкой 20% респондентов. А рейтинг не имеющего политического опыта Э. Земмура, достигал отметки в 19%.
 
Восхождение на политическую сцену писателя и полемиста на фоне сложившегося в обществе правого запроса было продиктовано следующими обстоятельствами. Во-первых, высоким уровнем узнаваемости Э. Земмура. Задолго до президентской кампании он получил широкую известность у французских избирателей за счёт присутствия в медиа, работая ведущим на ТВ и участвуя в многочисленных общественно-политических передачах.
 
Свою роль сыграла и его писательско-публицистическая деятельность. Книги Э. Земмура выходят во Франции большими тиражами. В рамках их продвижения дебютант президентской гонки проводит регулярные встречи с читателями. Так, обнародованию решения об участии в борьбе за пост главы государства непосредственно предшествовало турне Э. Земмура по стране. Формально оно было посвящено промоушену его новой книги «Франция ещё не сказала своего последнего слова» (La France n'a pas dit son dernier mot). На деле встречи с читателями давали Э. Земмуру возможность оценить их отношение к своей потенциальной номинации.
 
Во-вторых, фактором нового лица. Несмотря на присутствие в СМИ и высокую медийность, Э. Земмур до недавнего времени не воспринимался как политик. Его устоявшееся реноме - писатель, публицист и полемист. Обозначение им своих политических амбиций было расценено аудиторией как выступление в принципиально новом качестве. Ранее известный персонаж вдруг стал политическим деятелем. И в подобном контексте оказался новой фигурой. Не полемистом с желанием испытать свои силы на политической стезе, а именно полноценным политиком-дебютантом.
 
4.6. Потенциал Э. Земмура в борьбе за президентство.
 
Сразу после официального выдвижения кандидатом в президенты могло сложиться впечатление, что Э. Земмур участвует в гонке в максимально благоприятных для себя условиях. Не успев объявить о своих президентских амбициях, он практически сразу запустил свой партийный проект. Не вызывает сомнений, что создание инфраструктуры и аппарата «Реконкисты» потребовало серьёзных финансовых ресурсов. Сохранился и высокий уровень присутствия Э. Земмура в СМИ. Он уже в рамках собственной предвыборной кампании продолжил серию турне по регионам страны.
 
Важный вопрос – сбор подписей для получения официального статуса кандидата в президенты – был решён им также без особых задержек. По состоянию на 17 февраля 2022 г. Э. Земмур смог собрать 291 подпись выборных должностных лиц в свою поддержку из 500 необходимых. А уже 1 марта в его активе оказалось 620 подписей. Он не просто преодолел проходной барьер в 500 подписей, но и заметно опередил своих конкурентов на правом фланге. У М. Ле Пен на тот момент было 503 подписи, а у Н. Дюпон-Эньяна 532 подписи. Всего Э. Земмур смог собрать 741 подпись должностных лиц. Это рекордная цифра для новичка политической сцены, не представляющего какую-либо сильную партию, регулярно участвующую в выборах. И представляющего к тому же ещё и крайне правый фланг.
 
Для сравнения, М. Ле Пен получила в свою поддержку 622 подписи. Причем 21 февраля 2022 г. ей даже пришлось на время прервать мероприятия в рамках предвыборной кампании, чтобы собрать недостающие подписи выборных лиц. Были перенесены поездка в департамент Сомма на севере Франции, а также программная пресс-конференция по вопросам образования. Такой шаг указывал на ощутимые трудности, с которыми столкнулся штаб М. Ле Пен в работе с должностными лицами. И это несмотря на то, что «Национальное объединение» постоянно участвует в выборах, опирается на разветвленную региональную инфраструктуру и располагает заметным числом партийцев, занимающих избираемые должности.
 
Однако добиться существенного укрепления рейтинга и навязать М. Ле Пен конкуренцию за второе место в подобных условиях Э. Земмур не смог. Показатели резкого старта, зафиксированные в октябре-ноябре 2021 г., быстро сошли на нет. А предпосылок к тому, что в ходе голосования писатель и полемист смог бы повести борьбу за выход во второй тур в марте – начале апреля 2022 г. не наблюдалось. Итоговый результат в 7,07% лишь подтвердил эту тенденцию.
 
Основная причина отсутствия устойчивого электорального роста у Э. Земмура заключалась в его высоком анти-рейтинге. Несмотря на то, что писатель смог завоевать симпатии не только сторонников правых взглядов, но и более широкого спектра избирателей, уровень негативного отношения к нему был подчас выше, чем показатели поддержки. Высокий анти-рейтинг фиксировался ещё в феврале 2021 г. в специализированном опросе Ifop. Если в пользу Э. Земмура тогда высказалось 13% опрошенных, то против него 74%. В сентябре 2021 г., в аналогичном исследовании Ifop, писателя поддерживало 19%, а против выступали те же 74% опрошенных. В последующем уровень его анти-рейтинга, как правило, оставался в районе 70%.
 
По мере кристаллизации президентских амбиций Э. Земмура происходила консолидация его противников. Это, в первую очередь, отразилось на прочности анти-рейтинга политического дебютанта, который препятствовал росту его электорального потенциала. Более того, неприятие писателя и полемиста воплощалось и вживую. Резкое недовольство Э. Земмуром высказали жители Марселя, во время посещения им этого города непосредственно перед своей номинацией 27 ноября 2021 г. Инцидентом с участием противников политика сопровождался и его первый предвыборный митинг в качестве кандидата в президенты. На нём было объявлено и о создании партии «Реконкиста». Мероприятие прошло в коммуне Вильпент столичного региона Иль-де-Франс 5 декабря 2021 г.
 
Для части избирателей Э. Земмур является радикальным политиком, выдвигающим идеи, несовместимые с их представлением о французском республиканском строе. Они не просто не готовы отдать за него свои голоса, но выступают решительно против самого факта его участия в гонке. Позиция этих избирателей - прямая отсылка к настроениям электората рубежа 1990-2000-х гг. Ж.-М. Ле Пен воспринимался тогда примерно так же. И это сыграло не последнюю роль в его поражениях на выборах 2002 и 2007 гг.
 
В свою очередь для М. Ле Пен подобное восприятие Э. Земмура на руку. С одной стороны, на фоне писателя она выглядит куда более умеренным кандидатом, представляющим правый центр. Э. Земмур создает для неё удобный фон справа. С другой стороны, полемист концентрирует вокруг своей фигуры основную часть противников правых во французском обществе.
 
Высокий анти-рейтинг наложил отпечаток и на характер потенциальной борьбы Э. Земмура за президентский пост. Из всех основных преследователей Э. Макрона, писатель был наиболее удобным для него оппонентом. С момента начала электоральной оценки сценария противостояния Э. Макрона и Э. Земмура во втором туре выборов в октябре 2021 г., именно над полемистом действующий глава Елисейского дворца имел самое серьёзное преимущество. И именно в потенциальной борьбе с ним он мог бы консолидировать наибольший электорат.
 
Глава V. Неоголлисты в избирательной гонке
 
5.1. Внутренние проблемы партии «Республиканцы» в преддверии президентской кампании.
 
Основная отличительная черта «Республиканцев» в президентскую кампанию 2021-22 гг. – слабость её лидерского потенциала. Как партия LR продолжает представлять серьезную силу. Она располагает второй по численности фракцией в Национальной ассамблее, включающей 101 депутата. Это главный игрок парламентской оппозиции. Свой статус «Республиканцы» подтвердили на региональных выборах 2021 г. По их итогам коалиция правых сил во главе LR заняла общее первое место. Альянс (в каждом регионе был представлен в разных конфигурациях) победил в семи из семнадцати регионов страны (ими стали Овернь - Рона - Альпы, Гранд-Эст, О-де-Франс, Иль-де-Франс, Нормандия, Пеи-де-ла-Луар и Прованс - Альпы - Лазурный Берег). Но текущий вес партии никак не конвертируется в субъектные возможности её лидерского пула.
 
Ослабление персонального потенциала «Республиканцев» наметилось ещё в 2017 г. Прошедший тогда через квалификацию внутрипартийных выборов Ф. Фийон в самый разгар кампании оказался в центре коррупционного скандала. Это не в последнюю очередь отразилось на его результате по итогам первого тура выборов. Альтернативы же бывшему премьер-министру в рядах LR в тот период не оказалось. На праймериз его основным конкурентом выступал ветеран неоголлистов, многолетний мэр Бордо А. Жюппе. Тройку лидеров замыкал бывший президент Н. Саркози, подрастерявший к тому времени заметную часть своей былой популярности. При этом по уровню поддержки в масштабах страны именно А. Жюппе был сильнейшим партийным игроком.
 
К началу президентской кампании 2021-22 гг. ситуация в рядах неоголлистов стала только хуже. Наиболее сильными фигурами «Республиканцев» оставались всё те же Ф. Фийон и Н. Саркози. Но оба они преследовались судебными органами и принять участие в борьбе за президентский пост не могли. Новых сильных имен в рядах партии с 2017 г. так и не появилось. Весьма показательно, что наиболее популярным именно партийным выдвиженцем какое-то время являлся дипломат, бывший министр иностранных дел Мишель Барнье.
 
Ситуация с лидерским потенциалом партии отягчалась ещё и тем, что с момента прошедших президентских выборов её ряды покинули сразу несколько потенциальных звёзд. 12 декабря 2017 г., после того как на выборах лидера «Республиканцев» победу праздновал Лоран Вокье, из партии вышел К. Бертран. 5 июня 2019 г. ряды главной силы неоголлистов покинула В. Пекресс. Причиной стало поражение «Республиканцев» на выборах в Европейский парламент 26 мая. В. Пекресс восприняла этот результат как следствие неспособности партийной структуры обновиться в новых политических реалиях. Причём если К. Бертран остался после этого в статусе беспартийного правого (в Национальной ассамблее Франции и региональных советах беспартийные правые, как правило, образуют депутатские группы «Разные правые» - Divers droite (DVD), то В. Пекресс создала свой собственный партийный проект, получивший название «Будем свободны» (Soyons libres - SL).
 
5.2. Основные номинанты на партийную номинацию и выдвижение Валери Пекресс.
 
Диссиденты LR с самого начала гонки лидировали в общем списке возможных кандидатов от неоголлистского лагеря. Причем рейтинг всех правоцентристских политиков был сравнительно невысоким. Согласно опросу Harris Interactive за январь 2021 г., сильнейший представитель неоголлистов К. Бертран мог рассчитывать на 16% голосов. Считавшуюся тогда вторым претендентом от правого центра, В. Пекресс, поддерживало 14% респондентов. М. Ле Пен, согласно этому опросу, была лидером гонки. За неё были готовы проголосовать 26-27% опрошенных. Э. Макрон занимал вторую строчку с 23-24%.
 
К осени 2021 г. ситуация принципиально не изменилась. Согласно опросу Ifop-Fiducial за сентябрь, сильнейшим политиком-неоголлистом оставался К. Бертран. Его рейтинг составлял 15-17%. В. Пекресс могла рассчитывать на 12-14%. В пользу партийного представителя «Республиканцев» М. Барнье высказалось 11% опрошенных. Рейтинг М. Ле Пен, согласно этому опросу, составлял 22-26%. А Э. Макрона - 24-29%.
 
Тенденция доминирования диссидентов «Республиканцев» в общем пуле неоголлистов сохранилась и к концу 2021 г. Причём наметилась тенденция к снижению рейтингов правоцентристов. Так, согласно опросу Harris-Interactive, вышедшему 24 ноября, К. Бертрана поддерживало 14% респондентов. В. Пекресс могла рассчитывать на 11%. Рейтинг М. Барнье составлял 10%. Исследование Ifop за ноябрь зафиксировало схожую расстановку сил. Согласно нему, рейтинг К. Бертрана составил 13%. А в пользу В. Пекресс и М. Барнье высказалось по 10% опрошенных.
 
В сложившейся ситуации, при определении партийного кандидата на пост главы государства, «Республиканцам» пришлось делать ставку на своих диссидентов. Они оказались наиболее сильными с точки зрения электорального веса фигурами. Для участия в партийном съезде, который состоялся в начале декабря 2022 г., были приглашены и В. Пекресс и К. Бертран. Причем последний по этому случаю восстановил своё членство в рядах «Республиканцев». А В. Пекресс, также восстановив членство в партии, одновременно сохранила статус лидера проекта «Будем свободны».
 
Понимая ограниченность собственно лидерских возможностей, партийное руководство во главе с Кристианом Жакобом приняло наиболее рациональное решение. Учитывая, что серьезных конкурентов В. Пекресс и К. Бертрану в рядах «Республиканцев» не наблюдалось, ставка была сделана на политиков, ранее выходивших из рядов партии. Этот беспрецедентный шаг лишний раз подчеркнул слабость персонального профиля LR. До 2022 г. в ходе предыдущих президентских кампаний главная сила неоголлистов выдвигала либо своего лидера/ведущего игрока, либо действующего президента или главу правительства.
 
Наличие сильной фигуры принципиально важно для LR. В основе неоголлистского политического движения на заре его формирования в 1970-х гг. лежала идея харизматичного политика, способного единолично вести партию вперёд и претендовать на пост президента. Её сформулировал и воплотил на практике создатель платформы неоголлизма  Жак Ширак (возникла на базе голлизма в середине 1970-х гг. Институциональным воплощением нео-голлизма стала партия «Объединение в поддержку республики», основанная в 1976 г.). Все неоголлистские партии, сменявшие друг друга с 1976 г., добивались своих лучших результатов, когда ими руководили сильные игроки.
 
Так, сам Ж. Ширак возглавлял «Объединение в поддержку республики» (Rassemblement pour la République - RPR) с 1976 по 1994 гг. – большую часть его истории. В этом качестве он занимал пост премьер-министра страны в 1986-1988 гг. В качестве главы RPR Ж. Ширака сменил А. Жюппе, проработавший в данной должности с 1994 по 1997 гг. На время А. Жюппе пришлось избрание Ж. Ширака президентом Франции в 1995 г. Лидерами преемника RPR, «Союза за народное движение» (Union pour un mouvement populaire - UMP) были такие видные неоголлисты как всё тот же А. Жюппе (с 2002 по 2004 гг.) и Н. Саркози (с 2004 по 2007 гг.). В период работы первого Ж. Ширак переизбрался на второй президентский срок. А Н. Саркози, будучи главой UMP, победил на выборах главы государства в 2007 г.
 
С целью легализации привлечения партийных диссидентов, а также для поиска сильный фигур в своих собственных рядах руководство LR обратилось к проведению праймериз. Предварительные выборы - процедура для французской политической практики совершенно нетипичная. Фактически это прямое заимствование из политического опыта США. В 2021 г. «Республиканцы» использовали праймериз второй раз в своей истории. Впервые они применили данную процедуру в ноябре 2016 г., перед президентскими выборами 2017 г.
 
Предварительные выборы, прошедшие 1-2 и 3-4 декабря 2021 г., зафиксировали правый крен в настроениях партийного актива. Из четырёх основных участников гонки сразу трое (В. Пекресс, Э. Сьотти и К. Бертран) относились к правому крылу. Исключение составил лишь М. Барнье, близкий к классическому правому центру. По итогам первого тура лидерами оказались В. Пекресс и Э. Сьотти. За председателя регионального совета региона Иль-де-Франс проголосовало 25,00%. Её оппонента поддержало 25,59% партийцев. М. Барнье оказался третьим с 23,93%. К. Бертран сенсационно выбыл из борьбы за партийную номинацию уже в первом туре. Свои голоса за него отдали 22,36% участников праймериз.
 
Итоговый успех В. Пекресс лишь закрепил наметившуюся тенденцию по смещению партии вправо. Во втором туре за неё проголосовало 60,95% однопартийцев, тогда как за её оппонента Э. Сьотти – 39,05%. По итогам голосования В. Пекресс 4 декабря была официально выдвинута кандидатом на пост президенты от Республиканцев.
 
Победа В. Пекресс и поражение К. Бертрана ещё в первом туре праймериз стали своего рода неожиданностью. Явный фаворит кампании не смог получить статус партийного выдвиженца. Как представляется, не последнюю роль в таком исходе сыграла позиция руководства «Республиканцев». Для верхушки партии во главе с К. Жакобом глава совета Иль-де-Франс - более удобная фигура, чем К. Бертран. Выход последнего из партии в декабре 2017 г. вызвал бурное недовольство в партийных верхах.
 
Разрыв же В. Пекресс с партией, в отличие от К. Бертрана, был менее болезненным. С 2019 г. она поддерживала с «Республиканцами» регулярные рабочие контакты. И, видимо, это обстоятельство сыграло не последнюю роль в её итоговом выдвижении от LR. Выбирая из двух «внешних» кандидатов, К. Жакоб и Ко. отдавали негласное предпочтение более удобному для себя. И смогли косвенно повлиять на настроения партийного электората.
 
5.3. Краткий взлёт и затяжное падение. Избирательная кампания В. Пекресс.
 
Первоначально номинация В. Пекресс выглядела довольно успешным ходом. Политик в одночасье вошла в число лидеров кампании. Так, по данным исследования Ifop от 7 декабря 2021 г., за кандидата «Республиканцев» были готовы проголосовать 17%. Столько же респондентов высказалось в поддержку М. Ле Пен. А действующий глава государства мог рассчитывать на 25%. В свою очередь по данным опроса Elabe, также от 7 декабря, рейтинг В. Пекресс и вовсе оставил 20%. М. Ле Пен опустилась на третью строчку с 15%. А Э. Макрона поддерживало 23%.
 
При оценке сценария второго тура могло сложиться впечатление, что В. Пекресс и вовсе способна стать сенсацией всей президентской гонки. Согласно Ifop, в случае выхода во второй раунд В. Пекресс, в её пользу высказалось бы 48% опрошенных. Рейтинг Э. Макрона составил бы 52%. Результат выдвиженца «Республиканцев» оказался выше, чем у М. Ле Пен, которую по данным того же Ifop во втором туре были готовы поддержать 44%. Согласно же Elabe, В. Пекресс и вовсе была фаворитом второго раунда голосования. В пользу её кандидатуры высказалось 52% респондентов, тогда как в поддержку Э. Макрона - 48%.
 
Резкое электоральное восхождение В. Пекресс состоялось сразу после её номинации «Республиканцами». На протяжении всего декабря 2021 г. она, пусть и с минимальным отрывом, но опережала М. Ле Пен в борьбе за вторую строчку. Однако уже в январе 2022 г. рейтинг представителя неоголлистского лагеря стал постепенно снижаться до отметки в 15-17%. В феврале В. Пекресс сначала утратила статус главного конкурента М. Ле Пен за второе место, а затем стала проигрывать Э. Земмуру уже и третью позицию. В марте 2022 г. В. Пекресс оспаривала с полемистом и писателем третье-четвёртое места с рейтингом в 10-112%. А перед первым туром, в начале апреля, и вовсе опустилась на пятую строчку. Уровень её поддержки снизился до 8-9%.
 
Взлёт В. Пекресс был в основном связан с консолидацией электората неоголлистов. На протяжении практически всего 2021 г. у «Республиканцев» отсутствовала какая-либо ясность относительного единого кандидата на пост главы Елисейского дворца. У профильного электората подобные маневры создавали ощущение нервозной неопределенности. Голлистский избиратель не высказывал однозначной поддержки какому-либо одному из фигурировавших претендентов. Предпочтения партийного электората распылялись. При этом показательно, что все потенциальные выдвиженцы неоголлистского лагеря не обладали достаточным потенциалом для того, чтобы не столько побороться с Э. Макроном за президентский пост, но даже составить конкуренцию М. Ле Пен за второе место.
 
Выдвижение В. Пекресс было воспринято партийным электоратом как окончание периода неопределенности. Вместо различных претендентов с невысоким уровнем электоральной поддержки, сторонники LR получили единого кандидата, выдвижение которого одобрил партийный аппарат. У них появилась фигура, за которую можно было отдать свои голоса. Это сразу привело к резкому росту рейтинга В. Пекресс.
 
Но последующий ход кампании показал, что политик из Иль-де-Франс не обладает необходимыми качествами для того, чтобы удержать сплотившихся вокруг себя избирателей. Её предвыборная программа оказалась близка к платформе Э. Макрона, а как оратор и харизматик она явно проигрывала своим прямым конкурентом на правом фланге М. Ле Пен и Э. Земмуру. Это привело к предсказуемому оттоку избирателей. К дате выборов В. Пекресс смогла сохранить поддержку даже не всего, а лишь части ядерного электората неоголлистов. Она обеспечила ей 4,78% по результатам первого тура и итоговое пятое место в гонке.
 
Глава VI. Альянсы на правом фланге
 
6.1. Стремление М. Ле Пен достичь коалиции с Н. Дюпон-Эньяном.
 
Наибольшую активность с точки зрения выстраивания альянсов в правом лагере в период президентской кампании 2021-22 гг. проявила М. Ле Пен. Самый сильный политик среди правых была главным противником Э. Макрона в борьбе за президентское кресло. И ей было принципиально важно увеличить число сторонников, выйдя за пределы 33-34% голосов. Ставка на расширение электоральной базы заставляла верхушку «Нацобъединения» искать точки взаимопонимания с политиками, чьи взгляды наиболее близки партийной позиции и позиции своего лидера.
 
Как и ряд других элементов предвыборной кампании 2021-22 гг., поиск союзников был апробирован М. Ле Пен и её штабом в ходе предыдущей избирательной гонки. В президентской кампании 2017 г. руководство Национального фронта, стараясь повысить уровень электоральной поддержки своего лидера за счёт альянсом с наиболее близкими, с точки зрения взглядов, политиками правого центра. Единственное отличие заключалось в том, что тогда на подобный шаг М. Ле Пен пошла лишь после первого тура. В текущих реалиях предложения создать альянсы последовало на старте гонки, до первого раунда голосования.
 
Основное внимание команды М. Ле Пен было обращено к лидеру партии «Вставай, Франция» (Debout la France - DLF) Н. Дюпон-Эньяну. Причем за основу была взят опыт кампании 2017 г. Тогда по итогам зондирования обстановки и установочных переговоров политик согласился пойти на коалицию с М. Ле Пен. Соглашение с ним было достигнуто в апреле 2017 г., вскоре после первого тура президентских выборов. В ходе него глава DLF набрал 4,70% голосов. В рамках договоренностей с Национальным фронтом он призвал своих сторонников голосовать за М. Ле Пен во втором раунде. В свою очередь лидер FN обязалась в случае победы назначить Н. Дюпон-Эньяна новым премьер-министром страны.
 
С одной стороны, ставка на главу партии «Вставай, Франция» была продиктована ограниченностью выбора потенциальных союзников на правом фланге. Со времен Ж.-М. Ле Пена практически все французские игроки избегают выстраивания партнерских связей с Национальным фронтом/«Национальным объединением». Партия воспринимается ими как слишком радикальная, открытое сотрудничество с которой может отпугнуть часть собственных избирателей. Н. Дюпон-Эньян оказался одним из немногих деятелей правого центра, кто пошёл на контакт и последующее взаимодействие.
 
С другой стороны, свою роль сыграла идеологическая близость двух политиков. В правом центре Н. Дюпон-Эньян и его партия занимают самую крайнюю позицию справа, непосредственно примыкающую к RN. «Вставай, Франция» не относится к крайне правым силам. Скорее её можно отнести к классическому правоконсервативному лагерю. Но по целому ряду пунктов позиция партийного проекта Н. Дюпон-Эньяна пересекается с точкой зрения «Национального объединения».
 
Способствовал этому и опыт избирательной кампании 2012 г. Уже тогда М. Ле Пен решала задачу создания коалиции с политиками правого центра. И Н. Дюпон-Эньян был тем, кто получил соответствующее предложение от лидера Национального фронта. Другое дело, что тогда глава DLF его отклонил. Формальной причиной подобного решения стало то, что Ж.-М. Ле Пен занимал в то время пост почётного президента FN.
 
Стабильного характера коалиция М. Ле Пен - Н. Дюпон-Эньяна образца 2017 г. не получила. Уже в начале июня 2018 г. руководитель «Вставай, Франция» заявил о разрыве партнёрства. Сделано это было в контексте подготовки к выборам в Европарламент, состоявшимся в мае 2019 г. В рамках грядущей европейской предвыборной кампании М. Ле Пен предложила объединить все правые силы страны, чтобы выдвинуться единым списком. Несмотря на амбициозность обозначенного плана, обращен он был преимущественно к партии «Вставай, Франция», как политическому игроку, с которым у RN уже был опыт коалиционного взаимодействия. Однако на этот раз Н. Дюпон-Эньян ответил отказом.
 
В кампании 2021-22 гг. штаб М. Ле Пен предпринял новую попытку объединения с лидером DLF. Н. Дюпон-Эньян объявил о выдвижении своей кандидатуры на пост главы государства в конце сентября 2020 г. А уже в начале октября 2020 г. М. Ле Пен предложила ему избежать «разделения голосов патриотов» и заключить альянс для совместного участия в президентских выборах. Причем в отличие от кампании 2017 г. такое объединение должно было сложиться ещё до первого тура голосования. И оно подразумевало досрочное снятие Н. Дюпон-Эньяном своей кандидатуры в пользу М. Ле Пен. Лидер «Вставай, Франция» от подобной перспективы отказался, предпочтя сохранить политическую независимость на период гонки и первого раунда голосования.
 
Тем не менее, от идеи склонить Н. Дюпон-Эньяна на свою сторону руководство RN не отказалось и в последующем. На старте своей избирательной кампании, в сентябре 2021 г., М. Ле Пен снова призвала лидера «Вставай, Франция» снять свою кандидатуру в её пользу и выступить на выборах единым фронтом. Предполагалось, что в случае такого решения, Н. Дюпон-Эньян, как и в 2017 г., мог стать основным претендентом на пост главы правительства. Однако ответа с его стороны на это предложение не последовало. Глава DLF остался верен идее провести кампанию самостоятельно, сохранив свою политическую субъектность.
 
6.2. Отношение между М. Ле Пен и Э. Земмуром.
 
В ходе избирательной гонки стало понятно, что куда более многообещающим, чем блок М. Ле Пен - Н. Дюпон-Эньян мог стать альянс между лидером «Нацобъединения» и Э. Земмуром. Рейтинг главы партии «Вставай, Франция» на протяжении всей гонки колебался в диапазоне 1-2,5%. В то же время уровень поддержки полемиста и писателя находился в границах 8-18%. Хотя в апреле в пользу Э. Земмура высказывалось уже 8-9%, он продолжал оставаться второй по силе фигурой на правом фланге, после М. Ле Пен. Объединение электората обоих политиков позволяло вступить с Э. Макроном в реальную борьбу за президентский пост.
 
М. Ле Пен занимала в отношении своего конкурента справа весьма осторожную позицию. Она отказывалась от любых публичных дебатов с журналистом и писателем. Лидер RN подчеркивала, что «не будет относиться к нему как к противнику», и что свои атаки Э. Земмур «должен нацелить на Э. Макрона». Также М. Ле Пен считала, что Франция не ждёт своего «Трампа» и Э. Земмур вряд ли сможет пройти всю дистанцию избирательной кампании. Пресс-секретарь RN Себастьян Шеню в связи с этим подчеркивал, что М. Ле Пен и Э. Земмур не являются политиками «одного уровня и калибра».
 
В то же время М. Ле Пен отмечала заинтересованность в альянсе с близким по взглядам представителем правого фланга. По мнению лидера RN, игроки одного крыла смогут добиться победы «только объединившись, а не порознь». Также в её риторике встречались отсылки к мыслям, озвученным Э. Земмуром. В частности, М. Ле Пен, вслед за полемистом, отмечала, что в настоящее время Франция стоит «на распутье в своём развитии». И от результатов выборов 2022 г. зависит её дальнейшая судьба.
 
Подход главы RN к Э. Земмуру в условиях президентской кампании представлялся вполне оправданным. С одной стороны, она сохраняла дистанцию от игрока, являющегося во французской политике новичком. Этим подчеркивалась объективная разница между ними в политическом весе и опыте. При всех своих достоинствах Э. Земмура в кампании 2021-22 гг. нельзя было поставить в один ряд с М. Ле Пен.
 
С другой стороны, лидер RN открыто обозначала готовность к альянсу. Несмотря на расхождения во взглядах, оба политика представляют один, правый лагерь. Уже сам по себе данный факт являлся основной для возможной консолидации. В случае если Э. Земмур покидал гонку по итогам первого тура, вполне логичным для него было сомкнуть ряды с М. Ле Пен. И последняя к подобному развитию событий была уже готова. И подобный сценарий получил воплощение сразу после первого раунда голосования.
 
6.3. Консолидация правых политиков после первого тура выборов.
 
После первого раунда голосования существовала вероятность того, что выбывшие из борьбы политики от правого фланга откажутся поддержать второго номера гонки М. Ле Пен. На протяжении кампании Э. Земмур регулярно подчеркивал свои расхождения с лидером RN. Писатель критиковал последнюю за смягчение своей позиции и смещение в правый центр. По мнению Э. Земмура, только он мог считаться подлинным правым кандидатом, твердо придерживающимся соответствующих воззрений. В свою очередь, Н. Дюпон-Эньян несколько раз отказался от вступления в альянс с М. Ле Пен. Могло сложиться впечатление, что вариант объединения по аналогии с 2017 г. для него больше неприемлем.
 
Однако негативный сценарий, согласно которому Э. Земмур и Н. Дюпон-Эньян отказались бы поддержать М. Ле Пен, развития не получил. Сразу же после первого тура оба политика призвали своих сторонников поддержать во втором раунде кандидатуру лидера RN.
 
Э. Земмур выступил с подобным заявлением в своём штабе, сразу после того, как стало понятно, что он не проходит во второй тур. «У нас были расхождения с Марин Ле Пен, я не буду перечислять весь список... Но если соперником Марин Ле Пен выступает человек, которые позволил пустить во Францию 2 миллиона мигрантов, человек, который ни слова не сказал по поводу безопасности и миграционной проблемы в ходе своей кампании, то я призываю своих избирателей проголосовать за Марин Ле Пен», - отметил дебютант французской политической сцены.
 
Ещё более комплиментарно для М. Ле Пен высказался Н. Дюпон-Эньян. «Что касается меня, то очевидно, я чистосердечно призываю (голосовать), и я проголосую за Марин Ле Пен», - сказал он в ходе обращения к своим сторонникам. Также политик призвал голосовать против Э. Макрона, чтобы «избежать исчезновения Франции».
 
Значение голосов Н. Дюпон-Эньяна и, прежде всего, Э. Земмура для М. Ле Пен трудно переоценить. За писателя и полемиста проголосовало 7,07% избирателей. В поддержку лидера DLF высказалось 2,06%. В совокупности они набрали 9,13% голосов. В реалиях второго тура, когда борьба за победу определяется преодолением отметки в 50% голосов, такая поддержка, в сугубо электоральном плане, имеет ограниченный эффект. Но она обладает куда большим психологическим значением.
 
Кандидатуру М. Ле Пен перед первым туром впервые поддержало сразу два политика. И если один из них (Н. Дюпон-Эньян) относится к аутсайдерам гонки, то второй (Э. Земмур) по результатам первого тура вошёл в топ-5. Тем самым лидер RN показала, что является крупной политической фигурой, способной консолидировать избирателей ведущих участников гонки. Для сравнения, из числа топ-5 проголосовать за Э. Макрона призвала своих сторонников только В. Пекресс. Третий номер гонки Ж.-Л. Меланшон от прямой поддержки действующего президента страны воздержался, предложив своим избирателям голосовать против М. Ле Пен.
 
Позиция Э. Земмура и Н. Дюпон-Эньяна создала для М. Ле Пен достаточно удобный формат. Получив поддержку со стороны двух кандидатов правого лагеря она, в то же время, не связала себя какими-либо обязательствами перед ними. Это принципиально отличает положение вещей в кампании 2022 г. от ситуации 2017 г. Тогда поддержка со стороны Н. Дюпон-Эньяна была достигнута в обмен на потенциальный пост главы правительства.
 
Односторонняя поддержка, продиктованная исключительно мотивами кампании, позволила М. Ле Пен достаточно сдержанно оценивать возможности сотрудничества с другими представителями правого лагеря. Лидер RN, в частности, поспешила заявить, что не планирует брать Э. Земмура в свою команду в случае избрания главой государства. «Нет, это невозможно. Ни он этого не желает, ни я этого не хочу», - отметила М. Ле Пен, отвечая на вопрос о возможности сотрудничества с полемистом при благоприятном для себя исходе второго тура выборов.
 
Консолидация правых политиков, проявленная между двумя раундами голосования, принципиально изменить исход выборов не смогла. Э. Макрон сохранил за собой статус фаворита гонки и победил во втором туре. М. Ле Пен хотя и заметно улучшила свои показатели в финальном раунде, тем не менее, как и в 2017 г., осталась второй.
 
С одной стороны, такой результат был продиктован объективной ограниченностью электоральной поддержки Э. Земмура и Н. Дюпон-Эньяна. Количества проголосовавших за них избирателей, даже при учёте того, что все они во втором туре высказались за М. Ле Пен, явно не хватало для того, чтобы добиться победы над Э. Макроном. С другой стороны, в пользу переизбрания действующего главы государства сыграла мобилизация большей части «неправого» электората. Его совокупный потенциал оказался значительно выше, чем возможности правых политиков.
 
Заключение. Итоги участия правых политиков в президентской кампании 2021-22 гг.
 
Победа Э. Макрона на президентских выборах во Франции 2022 г. позволила говорить о нём как о новом электоральном феномене. Он стал первым действующим главой государства, который смог переизбраться на второй срок впервые после Ж. Ширака в 2002 г. Успех Э. Макрону обеспечили конъюнктурное заигрывание с центристским электоратом прямо в ходе кампании, игра на настороженном отношении части французских избирателей к правым политикам, популистская риторика и обещания, обращенные практически ко всем категориям граждан, репрезентация в роли влиятельной фигуры, участвующей в решении крупных международных проблем.
 
Несмотря на то, что добиться победы по итогам голосования представителям правого лагеря не удалось, президентская кампания оказала существенное влияние на позиции каждого из них.
 
М. Ле Пен по итогам гонки заметно нарастила свой электоральный потенциал. Сократив отставание от Э. Макрона с 32,2% в 2017 г. до 17% в 2022 г., она лишний раз подтвердила, что де-факто является вторым по весу и влиянию политиком во Франции. Никто кроме неё не может бросить вызов действующему главе Елисейского дворца. Лидер RN как и в 2017 г. не смогла добиться победы. Но достигнутый ею результат в 41,45% - свидетельство нарастающей поддержки избирателей. Ставка на смещение в правый центр принесла ожидаемый результат.
 
Прошедшие выборы создали для лидера RN определённый задел на будущее. Они показали, что она в состоянии консолидировать достаточно большой процент голосов избирателей, и что последние рассматривают её в качестве политика, способного кардинальным образом изменить развитие страны. Электорально ядро сторонников М. Ле Пен расширилось. В случае участия в президентской кампании 2027 г., у неё будут хорошие возможности для борьбы за первое место.
 
В то же время кампания 2021-22 гг. выявила и очевидные ограничения в политическом профиле М. Ле Пен. Повторное поражение Э. Макрону всё больше закрепляет за ней реноме «вечно второй» - политика, регулярно входящего в число лидеров гонки и пробивающегося во второй тур, но не способного добиться победы. Это может привести к оттоку от М. Ле Пен разочаровавшихся сторонников, которые отдадут предпочтение другим правым игрокам. Данная тенденция проявилась уже в ходе текущей президентской гонки. Среди сторонников Э. Земмура заметную долю составляли бывшие симпатизанты лидера «Национального объединения».
 
Э. Земмура состоявшиеся выборы в одночасье утвердили в статусе второй силы правого лагеря и одного из ведущих игроков французской политической сцены. Вступив в кампанию в статусе амбициозного дебютанта, он смог не только подтвердить свои притязания, но и завоевать поддержу заметной части электората. Если до выборов Э. Земмур был новичком, делающим первые шаги в политике, то после выборов он стал полноценным политическим деятелем, имеющим опыт участия в президентской гонке и располагающим собственным партийным проектом «Реконкиста».
 
По итогам выборов 2022 г. у Э. Земмура сложилась своя полноценная электоральная база. Более чем вероятно, что в перспективе уровень электоральной поддержки политика будет расти. Эту тенденцию должны подтвердить результаты «Реконкисты» на предстоящих в июне 2022 г. парламентских выборах. Писатель и полемист сохранит за собой статус главного конкурента М. Ле Пен справа и одного из ведущих политиков страны. В случае своего участия в президентских выборах 2027 г., он будет одним из главных претендентов на второе-третье место.
 
Кампания 2021-22 гг. закрепила за неоголлистами двойственный статус. С одной стороны, партия «Республиканцы» осталась одной из ведущих политических сил Франции. И не вызывает сомнений, что она без особых проблем пройдёт в Национальную ассамблею по итогам парламентских выборов 2022 г. С другой стороны, кризис лидерства внутри партии и в её ближайшем окружении, включающем и партийных диссидентов, ещё больше усугубился. Результат, показанный В. Пекресс в первом туре голосования, продемонстрировал, что в персональном измерении движение неоголлистов, задуманное как политическая структура с сильным лидером, окончательно выпало с французского политического Олимпа.
 
Третье место, занятое Ф. Фийоном в 2017 г., воспринимался пусть и как слабый, но пограничный итог. В борьбе за президентство неоголлисты вошли в топ-3. Пятая строчка В. Пекресс в 2022 г. уже не оставляет никаких сомнений. «Республиканцы» в своём текущем состоянии бороться за пост главы государства не способны. Окончательно ушла в прошлое формула соперничества между голлистами/неоголлистами и социалистами, бывшая одной из основ политической системы Пятой республики.
 
Выборы 2022 г. показали, что дальнейшая радикализация сохранится в статусе одного из ведущих трендов французской политической жизни. В стране сложился и крепнет запрос на политиков, чьи взгляды ещё в 1990-е гг. воспринимались как радикальные. Избиратели готовы отдавать за них свои голоса и воспринимают как едва ли не единственных деятелей, способных решить стоящий перед республикой комплекс внутренних проблем. Результаты, показанные в ходе голосования Ж.-Л. Меланшоном и Э. Земмуром, говорят об этом весьма красноречиво.
 
Электоральный запрос – один из ключевых факторов политической системы современной Франции. Он способен кардинальным образом трансформировать её профиль. В начале 1980-х гг. у французских избирателей сложился запрос на левых политиков. Он позволил в 1981 г. прийти к власти лидеру социалистов Ф. Миттерану и завершить эпоху доминирования в политике страны голлистов и центристов, контролировавших власть со времени создания Пятой республики. В середине 1990-х гг. сформировался запрос на правых центристов. Его результатом стала победа на президентских выборах 1995 г. лидера неоголлистов Ж. Ширака. С доминированием последних было покончено в начале 2010-х гг. Сначала электорат сдвинулся влево, что привело к победе социалиста Ф. Олланда на выборах 2012 г. А затем возник левоцентристский запрос, нашедший воплощение в успехах Э. Макрона в 2017 и 2022 г. Учитывая баланс сил по итогам выборов 2022 г., новый электоральный запрос может привести к победам правого лагеря.
 
Эксперты ФоРГО выражают благодарность за оказанную консультационную поддержку  при подготовке доклада ведущему научному сотруднику Отдела социальных и политических исследований Института Европы РАН, кандидату политических наук Сергею Матвеевичу Фёдорову.