Публикации

  |  14 сентября, 2020   |   Читать на сайте издания

Перемирие в Донбассе — победа или поражение России

Вот уже неделю на юго-востоке Украины не ведутся активные боевые действия. Мирный план, со своим вариантом которого первым выступил российский президент устраивает, однако, далеко не всех. Сомнения в продолжительности прекращения огня высказал, например, бывший министр обороны ДНР Игорь Гиркин (Стрелков). С его точки зрения, победа — это военный разгром украинской армии, которого ополченцы смогут добиться лишь при более активной поддержке России. Так была ли победа? И последует ли повторение донбасского сценария в других местах компактного проживания русских в бывших советских республиках? Ответы ищут известные политологи Константин Костин и Алексей Макаркин.
 
Константин Костин, председатель правления Фонда развития гражданского общества, бывший глава управления по внутренней политики президента России:
 
— Перемирие на Украине в значительной степени является заслугой президента России, поскольку предложенный Путиным мирный план создал условия для подписания минского меморандума о прекращении огня. Теперь надо посмотреть, как долго это перемирие будет соблюдаться, поскольку имеется очень много противоречий между договаривающимися сторонами. Тем не менее, на сегодняшний день можно констатировать, что гражданская война на Украине остановлена. И это, повторю, во многом заслуга российского лидера.
 
Если говорить о том, как прекращение огня на Донбассе скажется на поддержке Владимира Путина россиянами, то надо принимать во внимание, что у президента и так беспрецедентно высокий рейтинг. Одобрение политики Путина уже превысило 80 процентов и даже находится где-то ближе к 90. Это очень высокий уровень консолидации граждан вокруг лидера страны и рассуждать о том, что шаги по урегулированию конфликта, предпринимаемые для предотвращения гуманитарной катастрофы, гибели людей, сделаны из каких-то конъюнктурных соображений – просто аморально.
 
Всем тем, кто требует более решительных действий российского руководства на Украине, я хотел бы напомнить, что позиция России всегда была твердой и последовательной. Мы всегда выступали только за политическое урегулирование конфликта. Поддержка нашей страной ДНР и ЛНР конечно существует, но эта поддержка моральная, политическая и гуманитарная, а не военная. Безусловно, у нас в России есть граждане, которые считают, что надо немедленно развернуть дивизии, но политики должны действовать в интересах всех, у них совершенно другой уровень ответственности, особенно если мы говорим о президенте.
 
Перемирие — это только первый этап. Есть план Путина, в котором говорится, что для поиска путей политического урегулирования нужно сначала заморозить военную фазу конфликта. И это сделано. Дальнейшее — вопрос переговоров. Нужно посмотреть, как свою часть договоренностей выполнит Киев. В Раду должен быть внесен законопроект о самоуправлении этих территорий. Также должен быть закреплен статус русского языка, принята программа восстановления разрушенного. Еще очень много подводных камней. Киев говорит об особом статусе в составе Украины, но руководство ЛНР и ДНР настаивают на независимости. Боевые действия закончились где-то посередине Донецкой и Луганской областей. Конечно заявления украинских властей о строительстве некой стены на границе, равно как и новые антироссийские санкции Запада никак не способствуют переговорному процессу.
 
Предметом переговоров точно не может быть статус Крыма, поскольку он и так очевиден. И по российским законам, и с точки зрения международного права полуостров — часть России. Этого отдельные страны и личности могут не признавать, но российский статус Крыма — объективная реальность.
 
Москва также не может, как призывают некоторые, обменять признание нового статуса Крыма на отказ от поддержки жителей юго-востока Украины. И в Донецкой, и Луганской областях в основном проживают этнические русские. На Украине живет около 8 миллионов русских. Их интересами Москва не может пренебречь. Россия является гарантом законных интересов всех русских, она — центр русского мира. При этом действия российского руководства по защите интересов соотечественников находятся в русле международного права. Нашим диванным ястребам конечно не хватает стремительного танкового рывка, но шаги, предпринимаемые властью, безупречны. У нас есть масса примеров, когда другие страны в схожих обстоятельствах ведут себя далеко не так сдержанно.
 
Что касается высказываемых опасений по поводу повторения событий, схожих с украинскими, в других постсоветских странах, где также проживает немало этнических русских, то они малообъяснимы. Абсолютно надуманной выглядит история с трактовками высказываний Владимира Путина по поводу казахстанской государственности и реакции на них в самом Казахстане. Российский президент как раз говорил вполне комплиментарно в адрес властей соседней страны. Было сказано, что, да, не было раньше традиции государственности у казахов, но она создана, существует, и Казахстан успешно развивается.
 
Рассуждения о том, не может ли сам факт проживания где-то за границей русскоязычных граждан стать основанием для военного вторжения, просто абсурдны. Поскольку никакого военного вторжения со стороны России не происходило и не происходит ни на Украине, ни где бы то ни было еще. Конфликт на украинском юго-востоке имеет сугубо внутриукраинские причины. Конечно, если бы не политическая поддержка России, восстание, скорее всего, было бы подавлено, украинские вооруженные силы действовали бы жестче, шире применяя оружие массового поражения. В сдерживании Киева позиция Москвы сыграла существенную роль. Но не приходится говорить о том, что защита Россией прав русских на Украине стала причиной конфликта. Я что-то не слышал о том, что в других странах на просторах СНГ или в мире по местам компактного проживания русских вели бы огонь из установок «Град». Не вижу оснований для того, чтобы такая ситуация повторилась в Казахстане, Узбекистане или любой другой постсоветской стране. Там бывают случаи конфликтов на национальной почве. Но нет столь масштабных нарушений прав человека по национальному признаку, дискриминации, тем более на государственном уровне. Ситуация на юго-востоке Украины должна стать уроком, показывающим, чем заканчиваются эксперименты с попыткой в XXI веке построить сугубо мононациональное государство в многонациональной стране.